Первые сведения об островах Курильской гряды. XVIII в.

И. В. Витер, Е. М. Верещага

Всякий, кто желает составлять планы на будущее, обязательно должен обсудить все следы прошлого.
Дм. Позднеев

Долгое время в японских географических и исторических сочинениях, на картах мира вплоть до конца XIX в. все территории севернее Японии (о. Хонсю) носили название Эдзо (Эзо, Иесо, Иезо, Матмай).

Эзо первоначально было термином этнографическим, означал этот термин северных дикарей, презрительно названных историками по обилию волос на лице шримсами. С течением времени термин Эзо из этнографического стал и географическим, перейдя из названия народа к обозначению зани-маемой им страны. «При отсутствии знаний о географии и этнографии стран севера японские писатели обозначали все северные местности понятием Эзо. Как географическое понятие Эзо объединяет все земли от севера о. Хонсю, включая о. Хоккайдо (на русских картах называется Езо (Матмай), Курильские острова, о. Сахалин, и даже материк Азии, о котором японцы до начала XVIII в. не имели понятия – отделяется ли он от Сахалина или нет» (2, с. 2). Потому северные границы Эзоских земель не назывались, южной границей земель считалась территория современного Токио. На всей территории Эзо проживали айны, с которыми у японцев происходили постоянные военные столкновения, что затрудняло изучение северных земель.

К началу XIII в. японцы постепенно вытесняют айнов на о. Хоккайдо, создав опорный пункт на юге острова и поддерживая здесь позиции рода Мацумае. В 1604 г . сёгун Иэяси Токугава пожаловал главе клана титул даймё Осима, закрепив за ним в качестве семейных владений всю территорию Эзо, т. е. территорию, заселенную айнами (1, с. 124).

Японские авторы, в частности Окамото Рюуносукэ, выпустивший в 1898 г . книгу «История Хоккайдо, в связи с отношениями Японии и России», считали все северные Эдосские земли (т. е. до Камчатки включительно) принадлежащими империи, и потому для них было полной неожиданностью, что половина их, по их мнению, совершенно поспешно и необдуманно «была нами же отрезана и отдана в подарок русским. Наша злокачественная практика закрытия страны от иностранцев не только сделала возможным для иностранцев растоптать под своими ногами территорию, искони принадлежащую нашей империи, но и вообще, утратив дары неба, которые должны быть в обладании нашей империи, подарила их России. Мы сожалели о том, что практика эта допустила Россию укрепить здесь свои корни, которые не могут быть истреблены совершенно» (2, с. XXVI–XXVII).

Другой японский автор Хабуто Масаяси пишет: «Земля Камчатка у китайцев называется Цзя-му-сы-гэ-ду-цзя, она первоначально входила в пределы нашей империи. В древности она была землею, называвшеюся Оку-Эзо. Сначала она не принадлежала никому другому. Слово Камчатка на эзоском языке произносится “Камусяцукэ”. Каму – означает мясо рыбы, сяцукэ значит – сушить. В этой стране имеется река, называемая Камусяцукэ, откуда постепенно это название стало общим именем места. Эзоский язык составляет часть древнего языка нашего государства. Еще в настоящее время названия прибрежных местностей в провинциях Хитаци и Оосюу происходят из эзоского языка, и это является доказательством того, что Камчатка в древности была подвластною нашей империи» (2, с. 13–14). Это высказывание относится к концу XIX в., когда многие японские историки ищут обоснования принадлежности северных территорий Японии.

Первые сведения о Курильских островах в России были получены из «Скасок» Владимира Атласова, который прошел по Западному побережью Камчатского полуострова до р. Голыгиной в 1697 г . В 1701 г . В. Атласов пишет в Московский Приказ: «А за камчадальцами вдаль живут курильские иноземцы – видом против камчадальцев чернее и бороды меньше. А на той Курильской земле против Камчадальской теплее. А одежду носят такую же, что и камчадальцы, только камчадальцев оне скуднее. А соболи у них есть, только плохие, для того, что место стало быть теплое. А бобров больших и лисиц красных много. А вдоль какие за теми курильскими иноземцами какие люди есть и далека ль та земля – неведомо» (6, с. 109).

Далее Атласов продолжает: «А в Курильской земле у моря птиц – уток и чаек много, а по ржавицам лебедей много ж, потому что те ржавицы зимой не мерзнут. А летом те птицы отлетают, а тепло и дождь и громы большие и молния бывает почасту. И чает он, что та земля гораздо подалась на полдень» (6, с. 108). Именно от Атласова вошли в оборот географические названия «Курилы», «Курильская земля». Б. П. Полевой приводит мнение о происхождении слова «Курилы»: одно из самоназваний айнов – «кур», что означает «человек, люди, народ» (3, с. 11). Это айнское слово и легло в основу русского названия островов – Курильские. По мнению Б. П. Полевого, центр Курильской землицы Атласов помещает на южную оконечность Камчатки (3, с. 10). Не совсем объяснимо, откуда в «Курильской земле громы и молнии», и почему теплее, чем на юге Камчатки.

От первой Курильской речки (Голыгиной) отряд увидел землю: «А против первой Курильской реки на море видел как бы острова есть и иноземцы сказывают, что там острова есть, а на тех островах городы каменные и живут люди, а какие – про то иноземцы сказать не умеют. А с тех де островов к курильским иноземцам приходит ценинная посуда и платье даб (бумажная ткань) полосатых и пестрых, китаек и лензовые азямы» (6, с. 110).

По мнению некоторых исследователей, филологов и историков, энтоним «курилы» айнского происхождения. Позже происхождение слова «курилы» было забыто и стали появляться утверждения, что в основе лежит русское слово «курится» (3, с. 11).

Японский автор Тории Рюузоо (известный антрополог и исследователь Монголии, был командирован в 1899 г . Токийским университетом на Курильские острова для исследования вопроса об айнах) называет группу островов от оконечности Камчатки – Цисимской группой островов и пишет: «Русские называют Цисимскую группу островами Курильскими. «Курильские» происходит от русского слова курить, т. е. выбрасывать дым. Когда русские пришли впервые на северные Цисимские острова с Камчатки, то увидя выбрасываемый здесь действующими вулканами дым, дали им впервые имя Курильские. Вместе с движением русских на юг название это распространилось и на всю группу Цисимских островов» (2, с. 56).

В. М. Головнин в начале XIX в. писал, что природные жители Курильских островов на своем языке не знают никакого имени для названия всей гряды вообще, но имеют только собственные имена каждому острову в особенности. Ту же мысль можно проследить и в труде Полонского: «Хотя каждый из островов Цисимской группы имел свое название, но имени для обозначения всей группы островов, не существовало. Видя, что многие из пиков на этих островах выбрасывают из себя дым, наши казаки прозвали их Курилами».

Японские авторы утверждают, что название «Цисима» (т. е. 1000 островов) появилось довольно поздно, к концу XVIII в., в связи с официальным документом, где Южно-Цисимские острова названы были на эдоском наречии айнов «Цюпуку». Эзосцы называют острова Цюпуку, что означает «место восхода солнца». Как называли эти острова «туземцы» северных островов, японские авторы не сообщают и объясняют это тем, что «японцы предпринимали путешествия на север самое дальнее до о. Урупа и не ездили на северные Цисимские острова» (2, с. 58). Здесь присутствует утверждение, что жители Курильских островов делятся на южных и северных, причем о северных японцы не имеют сведений.

Когда казаки впервые пришли на Камчатку (В. Атласов), они слышали от местных жителей, что курильцы разделяются на ближних и дальних. К ближним относили жителей южной оконечности Камчатки, первого и второго островов (Шумшу и Парамушир). «Дальние курильцы, которые впервые стали известны русским от японцев с потерпевших на камчатских берегах крушение судов их, а потом по торговым сношениям с ближними, обыкновенно назывались мохнатыми, и жили на южных островах, и частию на о. Сахалин» (4, с. 7). Причем деление курильцев на ближних и дальних существовало до знакомства с русскими, т. к. местные жители называли их по-разному.

В августе 1711 г . с Большой реки на юг Камчатки отправился отряд для «проведывания» Курильских островов. Они были первыми, кто переправился через пролив на о. Шумшу. С этого похода начинается освоение русскими островов Курильской гряды. В 1713 г . на основании этого похода появляется чертеж, на основе которого С. У. Ремезовым была составлена наиболее ранняя из известных карта Камчатки, Курильских островов.

По донесению казаков, они вступили в столкновение на первом острове с «курильцами камчадальского рода», получили от них «в добычу» три карбаса, на которых и переехали на второй остров. На втором острове взять ясак «с чистых курильцев» им не удалось по той причине, что все «свои промыслы променяли дальним курильцам». С этого похода были привезены сведения о том, что дальше лежит гряда населенных островов, а далее Курильской гряды – о. Матмай, а за ним большой о. Нифон, на котором «государство Езо (Иезо), многолюдное и богатое золотом и серебром». И далее: «...Матмайский остров. Караул крепкий. На сем концу стоит Матмай город по край проливы... с Нифона острова ссылают в Матмай город в ссылку. Иноземцы их званием Езо, с Матмайского и с других островов приходят в Матмай город с рыбою и с китовым жиром и кожами звериными. И мы де Нифонцы, далее Матмая в сиверную сторону на иные острова не ходим» (6, с. 454).

Основываясь на этих сведениях «в прошлом де в 1713 г . по указу великого государя и по наказной памяти отпущал он, Василей (Колесов, камчатский приказчик. – авт.), с Камчатки, с Большой реки, для проведывания Апонского государства за перелевы от Камчацкого носу на острова Казака Ивана Козыревского» (5, с. 26) – эти строки из отписки анадырского приказного капитана П. Татаринова. В марте 1715 г . Я. А. Ельчин, которому было поручено организовать особый Большой Камчатский наряд для продолжения исследования Камчатки и Курил, подает в Кабинет Петра I доношение о плавании И. Козыревского с группой казаков к Курильским островам в 1713 г . «От Камчатской земли морем до первого острова парусом бежали день, на второй остров половину дня гребли, на третий день парусом бежали, на четвертый половину дня парусом же бежали. А на том острову людей множество и за их многолюдством на остров не ходили и бою с ними не дали» (5, с. 28). С собой в поход на байдарах взято было 2 пушки с необходимыми снарядами, 55 казаков и 11 камчадалов.

Далее Ельчин пишет: «А называются оные ярыгие через курильский язык, а курилы говорят через камчадальский язык, а камчатские толмачи на русский переводят... И ходили они, казаки, по многим островам недели с четыре, и находили на островах людей множество, и взяли у них двух человек и японское платье, котлы, сабли и посуду. А люди гораздо волосами обрастают, а платье они, иноземцы, делают себе из крапивы, красят сами и краски делают сами же на тех островах. А по скаске их, иноземцев, до японского первого города Матмая не доходили де за 7 дней» (5, с. 28).

Козыревский первым попытался ввести нумерацию островов, но начал ее с острова Шумшу, а не с Алаида, о. Кунашир он считал четырнадцатым островом, Матмай – пятнадцатым, а за ним на небольшом расстоянии находится сама Нипон (Япония).

Обращаяясь к книге Позднеева, отметим, что Цисимские айны сами себя называли «руутонмон-гуру», т. е. «люди, живущие на западе», иногда они называли себя «айно», что обозначает «человек». Камчатских камчадалов они называли «человек восточной стороны», эзоские айны назваются ими «ям-гуру», т. е. люди южной стороны.

Тории Рюзоо проехал в конце XIX в. по всем Курильским островам и опубликовал названия островов Курильской гряды, утверждая, что жители Цисимских островов переходят с острова на остров только в пространстве между Шумшу и Симуширом, вследствие чего не знают имен и положения остальных островов. «1. Сюмусю (Шумшу), в древности называли Кусян котан, т. е. место первоначального появления человека. 2. Парамусири (Парамушир), называют Поро-мосири, т. е. большой остров. Существовало имя, обозначающее место, прокармливающее много людей. 3. Алаид, название Араидо дали русские, местные цисимские айны назвали его Оякобакка или Цяця котан. Первое может иметь отношение к названию Камчатка (Оютару, второе – т. к. Алаид высоко возвышается среди моря, подобно Фудзи, то его и назвали старый). Там же у автора приводится предание “туземцев”: “В глубокой древности острова в этом месте не было, но он перелетел сюда с Камчатки. Раньше Алаид стоял на полуострове, выдаваясь среди всех пиков, вследствии чего со стороны последних он всегда служил предметом зависти. Поэтому, опасаясь за свое будущее, он перелетел в свое настоящее место. Место, откуда он улетел, стало сейчас озером, и это именно Курильское озеро наших дней. 4. Маканруси (Маканруши), другое имя его Кокумэтра. Этого острова также в древности не было, но бог, называемый Катруокуру, вытащил его своими руками из болот на острове Онекотан и бросил сюда. Причина, почему именно бог сделал это, заключалась в том, что на названном болоте развелось много птиц и животных, которые страшно шумели. 5. Онекотан, иначе Оннэ котан, что значит престарелый годами остров. В древности его называли Нуса мосири, что значит: остров, на котором поставлена нуса (кусок шелка или бумаги, помещенный перед божеством в алтаре). 6. Харум котан (Харимкотан) – место, где растет много лилий. 7. Экарума (Экарма) – так остров назывался с древнейших времен. 8. Цирин котан (Чиринкотан) – никак не объясняется. 9. Сяси котан, или Тууки мосири, что означает сосуд для сакэ. В старину сюда было прибито волнами одно японское судно, на борту которого было много сакэ. 10. Мосири (скалы Ловушки), – существуют и другие названия: Хаити-миндру – местожительство человеческого рода; и Пирару-миндру – местожительство морского льва. 11. Райкокэ. Голый остров, совершенно без растительности. На языке цисимских айно – место, где водятся морские выдры. 12. Матуа. Айно называют его Матова. Еще небольшой остров – Мацукуваси (Топорковый). 13. Расюа (Расшуа) (объяснение не дается) 14. Усиосир (Ушишир).

В древности этого острова не было. Но его сделал бог грома Каннан камуи, заставивши его упасть с неба, поэтому его иногда называют Камуи кару мосири – остров, сделанный богом. 15. Кэтои (Кетой) – без объяснения, так его называют с древнейших времен. Таковы имена Курильских островов, записанные Рюузоо со слов цисимских айну» (2, с. 61–63).

Острова к северу от Урупа назывались и 18 Курильскими островами.

По утверждению исследователей, все острова заселялись айну, но их делили на цисимских айну и эзо айну, которые проживали на о-вах Кунашир и Итуруп.

Вернемся к описанию островов И. Козыревским. В 1713 г . он привел в Российское подданство два острова – Шумшу и Парамушир. И отметил: далее этих островов лежит «много других». Привел последовательность их положения, названия и основные характеристики, основываясь на рассказах курильцев. Он описывает занятия жителей островов: они осуществляли промысел морского зверя, торговлю «с живущими на дальних, т. е. южных островах», привозя оттуда «шелковые и бумажные материи, также котлы, сабли и левкашенную посуду». Жители северных островов называются курильцы, с 12-го острова Итуруп «жители называются кых-курилы, а по-японски эзо», они же населяют и о. Матмай, на юго-западном берегу острова живут японцы. Козыревский отмечает, что о. Симушир (Шимушир) – «конечный остров курильского роду» (6, с. 452). «За о. Матмаем не в дальнем расстоянии находится самая Япония или Нипон» (6, с. 452–453).

Зная о существовании островов, русские промышленники медленно продвигались по островам вплоть до о. Итурупа, остальные острова долго оставались неисследованными. Ясачные сборщики, ездившие с Камчатки на Курилы, ограничивались посещением первых 2 островов и никаких попыток осмотреть и привести в российское подданство остальные острова не делали. Полонский указывает, что в подданстве России было 4 острова, которые отделялись от остальных широким, в 40 миль , проливом, «через который без нужды не решались пускаться казаки» (4, с. 32). Из рассказов северных курильцев, возвращающихся с южных островов, было известно о населенных и никому не подвластных островах: «По платью видно, что торгуют с Японией, но подвластны ли ей, не было разговора» (4, с. 33).

Вследствие слухов о существовании на южных островах сокровищ («каменьев») – «А какое каменье, и того толмачи камчадальским языком перевести не знают» (6, с. 452). – на острова была отправлена экспедиция Я. Ельчина, которая должна была проверить сообщение Козыревского о наличии на островах руды и «каменьев». А чуть позже, в 1719 г ., к Курильским островам были отправлены геодезисты И. Евреинов и Ф. Лужин, которым была вручена инструкция, лично написанная Петром I. В 1721 г . экспедиция отправилась к Курильским островам «для проведывания островов, кои подлегали к Японскому государству... для привода в подданство живущих на них» (4, с. 26). Геодезисты прошли вдоль западного Камчатского берега, вдоль Курильской гряды до 6-го острова. В 1731 г . Новограбленый ходил на 5, 6, 7, 8 и 9 острова для приведения их в подданство, но в сущности встречаемые им курильцы уже были ранее обложены ясаком на первых 2 островах, но для промысла они передвигались по островам на юг.

По утверждению капитана Сноу, все обитатели северных островов знали не только свой собственный язык – айнское наречие, но и русский. Еще в описании Козыревского мы находим: «...остров третий Муша, он же Онникутан. Живут иноземцы, что и на другом острову, – те же курилы... И многие Большой реки язык знают, понеже с носовыми иноземцами торгуют и женятся» (6, с. 451).

О следующей экспедиции к Курильским островам под командованием М. Шпанберга и В. Вальтона, являющейся частью Второй Камчатской экспедиции, А. Полонский в своей книге «Курилы» отзывается довольно резко: «Вообще не имела успеха и вся заслуга состояла в составлении карты... Из журналов экспедиции нельзя было извлечь сведений ни о жителях, ни о удобствах и неудобствах проходов в проливах, глубине, грунте» (4, с. 30).

И к середине ХVIII в. новых сведений о Курильских островах со времен И. Козыревского не прибавилось. Именно поэтому в инструкции сборщиков ясака включалась фраза: «проведывать острова и землицы, узнавать нравы и обхождение жителей, осматривать гавани и замечать, где какие звери».

Продвижение России с севера на Курильскую гряду, Японии – с юга было естественным процессом освоения островов. Россия объясачивала население северных островов, как не имевших над собой прямого правления какого-либо государства. Япония – постепенно вытесняла айнов с Хонсю, на Хоккайдо, а затем на Курилы и Сахалин, расширяя торговые связи и контроль над территориями (1, с. 91).

В инструкции, данной Ф. И. Саймоновым главному командиру Анадырского острога Ф. Х. Пле-ниснеру в феврале 1761 г . относительно Курильских островов, сказано: «...разведать... о всех Курильских островах, и жителях, и промыслах их и каким бы способом всех привести в подданство» (2, с. 39).

Выполняя поручение Саймонова, тойон 2-го острова (Парамушир) Чикин, взяв в помощь сотника Ивана Черного, Петра Чупрова, получив из Большерецкой канцелярии инструкцию: «...В бытность на дальних Курильских островах, живущих там мохнатых стараться призывать и склонять их в подданство... Разведывать секретно – ведут ли с кем торговлю и не состоят ли где в подданстве и платят ли подати; какое у них строение, обряды, обычаи... какую веру содержат, есть ли у них начальники и в каком они у них послушании; особенно же есть ли у них огненное и другое оружие и небывают ли у них японцы, в каком месте, судами и в многолюдстве ли и чем торгуются...» (4, с. 43–44).

В сентябре 1769 г . Черный представил в Большерецкую канцелярию журнал своего плавания до 19-го острова. Не будем подробно останавливаться на методах общения экспедиции, которые оставили после себя недобрую память жителям островов. Но инструкция, данная Черному, была выполнена, и в журнале мы находим подробное описание всех посещенных островов. «16-й остров Симусыр в длину до 130 верст... На нем 4 сопки... Озер и речек, кроме малых источин, не имеется; коренье, травы, сланец, березник и камыш, как и на прочих островах, из зверей лисицы бурыя, сиводущатыя и красныя, весьма недобротныя, есть морские бобры, сивучи и нерпы, только мало... 17-й остров Чирпой разстоянием в длину до 15 верст, разделяется на два проливом версты 4, в котором близ берега кекуры, где плодятся ары и топорки... На первом острове, по тамошнему названию Репунки-Чирпой (на курильской стороне), сопка горелая, с которой каменья по всему острову; мыс того острова высокий, кругом его утес вытянулся к проливу 16-го острова, по тамошнему называется Тонукарасы, а по переводу значит “что смотрят с него чрез пролив”; там на высоком месте, в память моего (Чернаго) там бытия, поставлен деревянный крест с надписанием года месяца и числа... На острове лисиц красных, бобров и нерп весьма мало, черемша и коренья, что на прочих, а леса, кроме прутника рябиноваго, не имеется... 18-й остров по курильскому названию Уруп, по переводу значит, что в состоящем посредине острова на северной стороне озера, называемом Топо, имеется рыба красная... На острову имеются лисицы бурыя, сиводущатыя и красныя, добротою плохия, а по восточной стороне – бобры и нерпы, и для ловли их в летнее время приходят сюда с 19-го острова мохнатые курильцы. Лесу березоваго и таловаго, годнаго для строения тамошних юрт, довольно, а прочий лес, как и на других островах; для пищи кореньев, трав и пучек, в том числе на лопатке морковных, довольно; только ягод кроме почти одной рябины, нет. …19-й остров Эторпу в длину, например, верст 300 с прибавою потому, что, по объявлению тамошних мохнатых главных курильцов, тот остров (с места, до котораго доходил Черный) будет еще разстоянием дальше того, как отстоит от того 19-й остров... На северной стороне острова имеется пристань байдарная, называемая по-курильски Камуи-вамкуин потому, что в ней имеется ключ кислой и вонючей воды, которую и пить невозможно, но курильцы употребляют ее в питье вместо вина, и жертву по своему обычаю ей приносят. От той пристани вперед, разстоянием верст 10, речка по курильскому званию Нинепет, потому что тут бухта дресвяная, где и жительство мохнатых, да другая речка, павшая из озера Кимуято, и при ней бухта же песчаная, а живет тут лучший князец Цета окайку камуини амии с родниками... А по объявлению князцов, по острову по разным местам, и к лопатке к 20-му острову, и вокруг острова по восточной стороне живут мохнатые только не многолюдно... Лучшие кпязцы, о коих выше объявлено... объявляли: имеют-де они на 18-м острове ловлю морских бобров в летнее время гоньбою, и с упромышленными бобрами в другое лето перегребают в байдарах на 20-й остров Кунасыр и даже до 22, Аткиса, куда приходят два судна японския: а ныне, в недавних годах, и на 20-й остров стало одно судно японское ходить. Суда против российских промышленных, кои они видали, не весьма велики; живут японцы на тех островах судами месяца по два и ожидают мохнатых курильцов с разных островов, и когда по приходе их поторгуются, тогда и отходят обратно; а покупают японцы у мохнатых жиры, тресковую юколу, бобров, орловые хвосты, молодых нерп черных, а продают им от себя вино, табак листовой, хлебные припасы, азямы, тумикамеи серебренные и зеленой меди, котлы чугунные на ножках, сабли, ножи, топоры; а из других зверей никаких не покупают, и для того курильцы, кроме бобров и хвостов Орловых, никаких больше зверей и не промышляют» (5, с. 132–140).

1787 г ., не ранее апреля. Из наставления Адмиралтейств-коллегии начальнику первой кругосветной экспедиции капитану 1-го ранга Г. И. Муловскому о ее задачах: «Обойти плаванием и описать все малые и большие Курильские острова от Японии до Камчатской Лопатки, положить их наивернее на карту и от Матмая до той Лопатки все причислить формально ко владению Российскаго государства, поставя или укрепя гербы и зарыв медали в пристойных местах с надписью на российском и латинском языках, означающею ево путешествие или приобретение, во всем, согласно нижеписанному предписанию в 17 пункте; осмотреть берега, заливы, гавани, описать их состояние, местоположение, качество земли, леса и другия произведения, изобилие или недостаток пресной воды и разстояние до оной от берега... И для лутчаго во всем том изследования не упустить при первом случае достать, где можно, толмачей и вожатых, а сверх того, вам снабдить словарем курильскаго и японскаго языков, каковых дается вам каждых по два ексемпляра. 2) Предписать ему чтоб назначил истинное положение и описал состояние полуденнейших Курильских островов и острова Матмая» (5, с. 233–242).

По японским источникам, где используется довольно резкая оценка продвижения России на южные острова, русские в 1766 г . прошли до Утурупа. «Раньше этого... Россия постепенно пожрала все острова к северу от Расёва, и затем разграбила южную часть этой группы островов» (2, с. 9).

К середине XVIII в. Япония не проявляла беспокойства по поводу продвижения русских на юг Курильских островов, она не видела угрозы потери для себя рынков и получаемых товаров от айнов. И только в 1759 г ., обеспокоенные продвижением русских к южным островам, они размещают военный гарнизон на о. Кунашире, главном месте торговых обменов японцев и айнов. В 1767 и в 1798 гг. «для объезда Эзоских земель» для их осмотра были командированы японские чиновники. В 1785 г . правительство Японии приняло решение о проведении ряда инспекционных проверок «северных земель». В 1799 г . правительство принимает решение: «Изъять южные Сахалин и Курильские острова, а затем и Хоккайдо из ведения княжества Мацумаэ в ведение правительства. 2. Изменить политику в отношении айнов. 3. Провести оборонительные мероприятия на этих землях. 4. Изучить состояние проникновения русских с севера. С 1800 г . остров Итуруп стал изображаться на японских картах как территория Японии» (1, с. 135).

Из документов следует: как россияне, так и японцы имели мало сведений о южных островах, хотя каждая страна пыталась в меру своих планов и возможностей использовать их. Россия – собирала ясак, Япония – получала необходимые ей товары в виде обмена.

Окамото Рюуносукэ приводит в своей работе по древней истории Цисимских островов высказывание историка и государственного деятеля Араи Хакусэки (1656–1725), который утверждал, что «в глубокой древности власть Китая доходила, хотя бы только номинально и в эти далекие страны (37 Эзоских островов)» (2, с. 216). И Позднеев комментирует высказывание Рюуносукэ, который выражает удивление, на каком основании 37 островов принадлежали Китаю: «Если он не может помириться с фактом, что данные острова были законною собственностью России, то для него еще более недопустим факт, что они, хотя бы только номинально, еще раньше принадлежали Китаю, а Японии подвластны никогда не были. Фактически выходит таким образом, что Россия унаследовала обладание островами Курильской группы как бы от Китая» (2, с. 216).

В настоящее время Курильские острова являются неотъемлемой частью территории России. При изучении истории островов факт открытия Курильских островов голландцами (капитан Фриз, 1648 г .) ни у кого не вызывает сомнения. Однако никогда Голландия не претендовала на эти открытые ими территории.

И слова, написанные в начале XX в., до сих пор остаются актуальными: «Каковы бы ни были грядущие формы политических отношений держав на Дальнем Востоке, остается незыблемо верным одно положение – необходимость изучения ими друг друга.... каждая сторона рассматривает дело с своей точки зрения, в сношениях двух держав каждая из них естественно обладает своим углом и по-лем зрения и для того, чтобы установить правильное взаимное понимание общих вопросов, каждой из сторон подлежит в точности знать как факты и обстоятельства дела, так и оценку их другою стороною. ...Применяя это правило к изучению Японии, мы станем лицом к лицу с необходимостью не только знания фактов наших отношений с этой страною, но и того, как смотрели японцы в разные времена на свои отношения с Россией» (2, с. II). Эти слова принадлежат Дмитрию Матвеевичу Позднееву, который с 1904 г . возглавлял Восточный институт в г. Владивостоке, которому принадлежит работа, основанная на японских источниках, неоднократно цитируемая в данной статье.

Завершить небольшой экскурс в историю двух соседних государств, Японии и России, хочется словами современного исследователя В. Н. Елизарьева: «Заниматься новой перекройкой карты мира, на которой (в зарубежных изданиях) возле Курильских островов до настоящего времени стоит надпись: “оккупированы СССР”, дело неблагодарное» (1, с. 491).

И вполне закономерно в контексте исторических источников XVIII в., что Россия не рассматривает территориальные претензии Японии в отношении островов Курильской гряды.


1. Елизарьев В. Подлинная история Курильских островов и Сахалина. XVII–XX вв. / В. Елизарьев. – М. : Алгоритм, 2007. – 752 с.
2. Позднеев Д. Материалы по истории Северной Японии и ее отношений к материку Азии и России. т. 1. Данные географические и этнографические / Д. Позднеев. – Иокохама. : Типография Ж. Глюк. Ямасита. № 84, 1909. – 532 с.
3. Полевой Б. П. Первооткрыватели Курильских островов / Б. П. Полевой. – Южно-Сахалинск : Дальневост. кн. изд-во. Сахалин. отд-е, 1982. – 208 с.
4. Полонский А. Курилы / А. Полонский. – СПб. : Типография Майкова, 1871. – 208 с.
5. Русские экспедиции по изучению северной части Тихого океана во второй половине XVIII в. : сб. док. – М. : Наука ; Главн. ред. восточн. лит-ры, 1989. – 400 с.
6. Русская тихоокеанская эпопея : сб. док. – Хабаровск : Кн. изд-во, 1979. – 608 с.

Витер И. В. Первые сведения об островах Курильской гряды. XVIII в. / И. В. Витер, Е. М. Верещага // Люди великого долга : материалы междунар. ист. XXVI Крашенинник. чтений. - Петропавловск-Камчатский, 2009. - С. 43-50. - Библиогр.: с. 50