Остров Матуа (Средние Курилы) глазами ботанико-географов

Н. В. Терёхина, С. Ю. Гришин

Остров Матуа площадью 52 км2 расположен в центральной части Курильского архипелага. Северо-западную часть острова занимает стратовулкан Пик Сарычева (высота 1 446 м), последнее извержение которого, уничтожившее растительность на севере острова, произошло в июне 2009 г. Юго-восточная часть острова представлена комплексом древних террас, поверхность которых в значительной степени преобразована антропогенной деятельностью: во время Второй мировой войны на острове японскими военными были созданы мощные фортификационные сооружения, а после войны, вплоть до 2000 г., на острове размещалась погранзастава. Климат морской, с продолжительной зимой и прохладным летом, с сильными ветрами, большим количеством атмосферных осадков, часто меняющейся погодой. Небольшой размер острова, его сложная геологическая история, динамичный вулканический рельеф, суровые климатические условия и активная вулканическая деятельность обусловливают специфический характер распределения, разнообразия и динамики растительного покрова. Флора острова насчитывает 233 вида, включая 19 видов, найденных нами во время экспедиции, организованной Е. М. Верещагой в 2010 г. (для сравнения: флора ближайшего к югу о. Расшуа, площадь которого 67 км2, насчитывает 253 вида).

Согласно ботанико-географическому районированию (1), средние Курильские острова относятся к Курило-Камчатской подпровинции, входящей в состав океанической Северо-Тихоокеанской провинции Гипоарктического пояса. Для этих островов характерны заросли из кедрового стланика, ольховника с участием рябины бузинолистной; лесная растительность отсутствует. Вблизи моря и по долинам рек развиты травяные и моховые болота, на аллювиальных почвах вдоль водотоков, на низких местах, склонах и вершинах холмов – злаковые и разнотравные луга, а в горах выше пояса стлаников преобладают верещатники.

Растительность приморских террас о. Матуа имеет относительно богатый видовой состав и представлена комплексом различных ассоциаций. На песчаных и галечных пологих аккумулятивных берегах, вдоль полосы прибоя чаще всего пятнами произрастает гонкения Honckenia oblongifolia с участием мертензии морской Mertensia maritima, сменяющиеся при продвижении в глубь острова полосой крестовника ложноарникового Senecio pseudoarnica с колосняком мягким Leymus mollis. Это растения-галофиты. На береговых валах разной высоты встречаются чистые заросли колосняка. Дальнейшая смена растительности зависит от степени увлажнения территории. Обширное, относительно плоское побережье бух. Айну, расположенной на юго-западе острова, характе-ризуется обильным, проточным, местами застойным режимом увлажнения. Растительность здесь отличается комплексностью: в депрессиях отмечены сообщества с доминированием ситника Генке Juncus haenkei и участием хвоща полевого Equisetum arvense, хвостника обыкновенного Hippuris vulgaris, в заболоченных местах преобладает осока скрытоплодная Carex cryptocarpa, встречаются пятна из зелёных и сфагновых мхов; на более дренированных участках – шикшевник из водяники сибирской Empetrum sibiricum с брусникой Vaccinium vitis-idaea, голубикой Vaccinium uliginosum, овсяницей красной Festuca rubra, полевицей гибкой Agrostis flaccida, лигустикумом шотландским Ligusticum scotticum, мытником Шамиссо Pedicularis chamissonis. В центре низменности, где протекает ручей, встречаются пятна вахты трёхлистной Menyanthes trifoliate и отдельные экземпляры вероники американской Veronica americana. На выровненных возвышенностях злаково-разнотравные сообщества из луговика извилистого Avenella flexuosa, анафалиса жемчужного Anaphalis margaritacea, чихотника камчатского Ptarmica camtschatica, чихотника крупноголового Ptarmica macrocephala, бодяка камчатского Cirsium kamtschaticum, с участием горчака камчатского Picris kamtschatica, вейника Лангсдорфа Calamagrostis langsdorfii, соссюреи Ридера Saussurea riederi, майника широколистного Maianthemum dilatatum, фиалки двухцветковой Viola biflora, колокольчика волосистоплодного Campanula lasiocarpa, крестовника коноплеволистного Senecio cannabifolia.

Растительность низкой приморской террасы бух. Южной имеет сходную структуру: прибрежная узкая полоса растительности из гонкении, затем крестовник ложноарниковый, далее широкая, до 40 м, полоса колосняка. Мезорельеф в этой бухте повсеместно подвергся антропогенному изменению: многочисленные окопы, траншеи и противотанковые рвы пересекают равнину, поэтому растительный покров здесь существенно изменён. Большую территорию занимает луговиково-зелёномошное сообщество с участием разнотравья. На валах произрастает разнотравье с пятнами шикшевника. Встречаются пятна земляники ниппонской Fragaria nipponica, отдельные невысокие экземпляры борца большого Aconitum maximum и ириса щетинистого Iris setosa. В восточной части бухты преобладает шикшевник разнотравно-злаковый с участием дёрена шведского. Берег бух. Двойной, расположенной на востоке острова, более каменистый, поэтому полоса крестовника ложноарникового и колосняка мягкого довольно узкая. Затем идёт небольшое повышение, заросшее злаково-разнотравной растительностью, в котором преобладают щавелёк покрытоплодный Acetosella angiocarpa и полынь уналашкинская Artemisia unalaskensis. Встречается шиповник морщинистый Rosa rugosa. В более влажных местах произрастают ложечница лекарственная Cochlearia officinalis, камнеломка островная Saxifraga insularis, сурепка пряморогая Barbarea orthoceras, сердечник Регеля Cardamine regeliana, кипрей Хорнеманна Epilobium hornemannii, кипрей железистый Epilobium glandulosum, селезёночник камчатский Chrysosplenium kamtschaticum, звездчатка средняя Stellaria media, кисличник двухстолбиковый Oxiria digina, щавель лапландский Acetosa lapponica. В южной половине бух. Двойной (над ней на высокой террасе летом 2010 г. была воздвигнута часовня) преобладает белокопытник японский Petasites japonicus, встречается борщевик шерстистый Hieracleum lanata, что свидетельствует о выходе грунтовых вод, богатых минеральными веществами.

Отдельные участки берега представлены скальными выходами. На скалах, укрепившись в щелях, где скапливается мелкозём, растут: арктантемум арктический Arctanthemum arcticum, звездчатка иглицелистная Stellaria ruscefolia, камнеломка островная, ложечница лекарственная, родиола розовая Rhodiola rosea, мшанка обыкновенная Sagina saginoides и злаки.

Береговые склоны покрыты стланиковыми и кустарничково-луговыми сообществами. В нижних и средних частях в восточных бухтах они представлены высокотравьем: белокопытником японским и лабазником камчатским Filipendula camtschatica; на склонах Южной бухты располагаются вертикальные полосы ольховника лабазникового вперемешку с участками кустарничкового разнотравья из рододендрона камчатского, соссюреи камчатской, золотарника парамуширского, чихотника крупноголового, колокольчика волосистоплодного, филлодоце алеутской, колосняка мягкого. Такое же кустарничковое разнотравье покрывает верхние части склонов восточных бухт.

Ровная поверхность обширной террасы высотой 30–40 м над ур. м. и шириной около 700 м так же, как и Южная бухта, была подвержена интенсивному антропогенному воздействию, существенно изменившему мезорельеф, что и оказало влияние на формирование современного растительного покрова. В юго-восточной и восточной частях острова эта поверхность покрыта лугами и шикшевниками. Так, при движении на запад от аэродрома, небольшой (20 х 200 м) участок вейниково-разнотравного луга сменяется монодоминантным сообществом – лугом из луговика извилистого. По мере продвижения к центру равнины и приближению к обрыву в сторону Южной бухты появляется всё больше брусники, водяники сибирской, рододендрона золотистого Rhododendron aureum, мытника Шамиссо, дёрена шведского; отдельными пятнами встречается жимолость голубая Lonicera caerulea. В траншеях растут зверобой камчатский Hypericum kamtschaticum, анафалис жемчужный, крестовник коноплелистный, лабазник камчатский, вероника Стеллера Veronica stelleri, двулепестник альпийский Circeae alpine; на склонах траншей встречаются микросинузии вересковых: гольтерия Микеля Gaultheria miqueliana, рододендрон камчатский Rhododendron kamtschaticum, брусника, филлодоце алеутская Phyllodoce aleutica с участием линнеи северной Linnaea borealis, водяники сибирской. В западной части равнины отмечено сообщество из вейника с овсяницей красной, в центре которого большой участок шикшевника с голубикой, брусникой, арктоусом альпийским Arctous alpina, ивой, рододендроном золотистым, остролодочником вдавленным Oxytropis retusa, рябиной бузинолистной Sorbus sambucifolia, змеевиком живородящим Bistorta viviparia. Эту растительность, как и береговую растительность бух. Южной, можно отнести к приморским кустарничковым тундрам (2), которые встречаются здесь в связи с особенностями микроклимата этих местообитаний.

Заслуживает интереса растительность аэродрома, занимающего на острове около 50 га (из них 10 га – две бетонные взлётно-посадочные полосы). По сообщению Е. М. Верщаги, аэродром бездействует и не расчищается около 25 лет. Процессу зарастания бетона способствуют выпадения вулканического пепла, который служит субстратом для поселения растений-пионеров. В настоящий момент на аэродроме доминируют полынь уналашкинская, анафалис жемчужный, злаки, осоки, часто встречаются колокольчик волосистоплодный, пальцекоренник остистый Dactylorhiza aristata, родиола розовая. Обычны заросли ольховника между взлётно-посадочными полосами, куртины ивы, замоховелые участки разных размеров. В целом видовой состав растительности аэродрома довольно велик, что обусловлено начальной стадией первичной сукцессии, в которой находится данное сообщество.

Террасовидный уступ на востоке (близ м. Клюв) покрыт шикшевником с майником широколистным, дёреном шведским, злаками и разнотравьем. Местами доминирует колосняк мягкий; местами, особенно там, где появляется ольховник, располагаются пятна луговой разнотравной растительности. Траншеи заросли высокотравьем и ольховником.

В юго-западной части острова, на террасе к северо-западу от бух. Айну, на высоте от 20 до 200 м над ур. м., луговая растительность, скорее всего, наиболее близка к естественной, не нарушенной антропогенной деятельностью. Здесь также наблюдается некоторая неоднородность видового состава: на одних участках преобладают анафалис жемчужный, соссюрея Рихтера, осоки, колосняк мягкий, полевица гибкая; часто встречаются колосняково-разнотравные сообщества, а ближе к склону, ведущему к бух. Айну, – участки шикшевника с брусникой, майником широко-листным, колокольчиком волосистоплодным, овсяницей красной, тилингией аянской Tilingia ajanensis, геранью пушистоцветковой Geranium erianthum, мытником Шамиссо, ожикой многоцветковой Luzula multiflora и лигустикумом шотландским.

Интересна растительность древнего лавового потока, расположенного к северо-востоку от бух. Айну. Ярко выраженная неоднородность мезорельефа с перепадом высот 1–5 м и отдельными, выделяющимися над средним уровнем, останцами лавы высотой до 2–3 м обусловила формирование комплексного и мозаичного растительного покрова, плотным ковром покры-вающего всю поверхность. Доминируют верещатник (из водяники сибирской, линнеи северной, голубики, брусники, арктоуса альпийского) и куртины кустарников (рябина бузинолистная и жимолость голубая, ива Salix nacamurana, рододендрон золотистый). Все они имеют высоту не более 30 см, и только в понижениях становятся выше. В формировании растительного покрова основную роль сыграла литогенная основа и резко выраженная неоднородность рельефа, оказавшие влияние на гидрологический режим, минеральный состав и другие факторы почвообразования.

Заросли ольховника Duschekia fruticosa образуют мощный и фактически единственный четко выраженный пояс кустарниковой растительности на острове. Он располагается от склонов прибрежных террас (несколько метров над ур. м.) до 400–500 м над ур. м.; отдельными куртинами встречается до высоты 700 м. Заросли ольховника достаточно молоды: как упоминала Г. В. Кор-сунская (3), «лишь редкие куртины ольховника встречаются среди травянистого покрова на склонах соммы». Имея сейчас широкое распространение и произрастая в разных экологических условиях, ольховник меняет свой облик: в неблагоприятных условиях это приземистый, не выше 0,5 м, стелющийся кустарник, а в хорошо увлажнённых, но достаточно дренированных и защищённых от ветра местах это высокие, до 5 м, заросли.

В нижних частях лощин и на террасированных участках южных склонов формируется ольховник высокотравный с лабазником камчатским, крестовником коноплелистным, бодяком камчатским, борцом большим. При продвижении вверх по склону из этих видов устойчиво сохраняется лишь лабазник камчатский, встречающийся вплоть до высоты 400 м над ур. моря, где или выступает содоминантом, или просто участвует в травостое ольховника вейникового (с вейником Лангсдорфа). Это наиболее распространенная растительная ассоциация на острове. Местами к вейнику добавляется щитовник расширенный Dryopteris expansa, кочедыжник женский Athyrium filix-femina, многорядник Брауна Polystichum braunii, в понижениях, на более богатых почвах – недоспелка камчатская Cacalia camtschatica, стрептопус стеблеобъемлющий Streptopus amplexifolius, лук охотский Allium ochotensis, триллиум камчатский Trillium camtschatense. В условиях резкопересечённого микрорельефа, обусловливающего подходящие условия увлажнения, часто встречаются двулепестник альпийский Circeae alpine, фиалка Селькирка Viola selkirkii, седмичник европейский Trientalis europaea, звездчатка Фенцля Stellaria fenzlii, селезёночник камчатский Chrysosplenium kamtschaticum, кипрей Хорнемана Epilobium hornemannii, подмаренник камчатский Galium kamtschanicum, вероника Стеллера Veronica stelleri, сердечник Регеля Cardamine regeliana, резуха сизая Arabis glauca, перакарпа чаровницевидная Peracarpa circaeoides. В средних частях склонов на высоте 350–400 м над ур. м. встречаются участки ольховника манникового с манником ольховниковым Glyceria alnasterum, что связано, вероятнее всего, с изменением режима увлажнения.

На южном склоне вулкана, на высоте около 450 м над ур. м., в июне 2009 г. начал своё движение вниз крупный лахар (грязевой поток из воды, вулканического пепла, горных пород), который мощным потоком прошёл по руслу распадка, полностью разрушив растительный покров на своём пути и закончив своё продвижение у полосы аэродрома. Вокруг верхней части лахара находятся массивы усохших зарослей ольховника, погибших от теплового и химического воздействия. Уцелевшие участки ольховника разнотравного встречаются лишь местами; заросли стланика окаймляет травостой, сформированный анафалисом жемчужным и золотарником парамуширским Solidago paramuschirensis с участием филлодоце алеутской, гольтерии Микеля, лжегравилата калужницелистного Parageum calthifolium и др. Выше по склону стланиковая растительность сменяется на несомкнутые сообщества. Здесь можно встретить участки верещат-ника, луговинные тундры, а также горные разнотравные луга, причём последние по площади преобладают. Доминантами выступают тилингия аянская, остролодочник вдавленный, пенеллиант кустарниковый Pennellianthus frutescens.

Растительный покров выше 450 м становится разреженным и проективное покрытие обычно не превышает 60–70 %. На этой территории часто встречаются куртины стелющихся кустарников: ивы гор Хидака Salix hidakamontana, жимолости голубой, рододендрона золотистого; тилингия аянская, пятна водяники сибирской, отдельные растения брусники и кассиопы плауновидной Cassiope lycopodioides. При дальнейшем поднятии по склону (выше 500 м) наблюдается довольно резкое изменение растительного покрова: на крутых осыпях удерживаются лишь ивы, рододендрон золотистый, филлодоце алеутская, осока желтоконечная Carex flavocuspis, пенеллиант кустарнико-вый, остролодочник вдавленный, лжегравилат калужницелистный, но проективное покрытие травяно-кустарничкового яруса быстро падает до 10 % и ниже. На высоте около 680 м начинают встречаться луазелеурия лежачая Loiseleuria procumbens, арктерика низкая Arcterica nana. Выше отмечены лишь четыре вида: ива гор Хидака, осока желтоконечная, тилингия аянская и пенеллиант кустарниковый, причём листья ивы более чем на 50 % некротичны, что можно объяснить токсичным воздействием газовых эманаций вулкана и частыми туманами, совместное действие которых приводит к поражению листьев. На высоте 870 м произрастают только отдельные экземпляры пеннелианта кустарникового и осоки желтоконечной.

В ходе изучения растительного покрова о. Матуа летом 2010 г. было обнаружено 11-й Камчатско-Курильской экспедицией и описано авторами единичное местонахождение кедрового стланика, наличие которого на острове ранее не отмечалось. Отсутствие такого типичного для средних и северных Курильских островов вида, вероятно, связано с особо интенсивной вулканической деятельностью влк. Пик Сарычева. Интересной особенностью является отсутствие не только кедрача, но и березы каменной Betula ermanii (которая растет на о. Расшуа, в 28 км к югу), а также такого распространенного для Курил вида, как иван-чай Chamaenerion angustifolium.


1. Баркалов В. Ю. Флора Курильских островов. Владивосток : Дальнаука, 2009. 468 с.
2. Корсунская Г. В. Курильская островная дуга. М. : Географгиз, 1958. 224 с.
3. Юрцев Б. А. Гипоарктический ботанико-географический пояс и происхождение его флоры // ХIХ Комаровские чтения. М. ; Л., 1966. 94 с.

Терёхина Н. В., Гришин С. Ю. Остров Матуа (Средние Курилы) глазами ботанико-географов // "О Камчатке: её пределах и состоянии..." : материалы XXIX Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2012. - С. 251-255.