Н. А. Татаренкова

Ранние метеорологические наблюдения и первая метеостанция Командорских островов

Официальным годом «рождения» метеорологической службы на Командорских островах считается 1899-й. Действительно, в «Климатологическом справочнике СССР по Камчатской обла- сти» (15, с. 27) за 1966 г. можно прочитать следующую информацию: «Метеорологические наблю- дения начаты в январе 1899 г. Периоды работы станции: 1899–1906, 1910–1919, 1921 – по настоя- щее время. <…> Станция переносилась несколько раз, при этом менялась только высота, широта изменялась в пределах одной минуты». В другом источнике приводится указание на более ранние исследования: «В 1883–1884 годах ГФО приступило к организации государственной дождемерной сети. Очевидно, в соответствии с этим планом в 1883 г. в Преображенском (о. Медный) открывается станция. По всей вероятности, в те времена о. Медный был административным центром Российско- Американской компании. <…> Станция на о. Медном (пос. Преображенское) в 1887 г. также пре- кратила свое существование» (8, с. 22). К сожалению, ни в первом, ни во втором случае не указаны источники информации. А во втором допущены две грубые исторические ошибки: село Преобра- женское никогда не было административным центром, а Российско-Американская компания прекра- тила существование к 1868 г. Выдвинутое во втором случае предположение базируется на проведе- нии вольной аналогии с полуторагодичными наблюдениями священника Крахмолева в пос. Ключи. Как показали наши исследования, оба утверждения, увы, оказались ошибочными. Тем не менее, и первое, и второе имеют под собой реальную подоплеку. Самые ранние метеорологические наблюдения, действительно, зачастую проводились священниками – наиболее грамотными членами сельских сообществ. Наша территория не была исключением. В дневниках миссионера Якова Нецветова, окормлявшего приход Атхинского отдела Российско-Американской компании в 1829–1844-х гг., можно найти спорадические записи о метео- рологических наблюдениях. Они касались в первую очередь температуры воздуха и направления ветра (температуру Нецветов измерял в Реомюрах). И хотя записи подобного рода относились пре- имущественно к о. Атха (совр. Атка), легко предположить, что нечто подобное проводилось и на Командорах. Отдельные наблюдения следует искать также в судовых журналах того времени. Но о регулярных и долгосрочных исследованиях речи не шло. В 1879–1882 гг. острова трижды посещал известный польский ученый, в ту пору уездный врач, Бенедикт Дыбовский. В пространной публикации 1885 г. «Острова Командорские» он впер- вые за всю историю приводит основные характеристики климата с оговоркой, что скоро появится возможность «ознакомиться с результатами метеорологических наблюдений, сделанных командой Смитсоновского института под руководством д-ра Стейнегера» (1, с. 11–14: пер. В. М. Ширяева, О. А. Куликовой под ред. Н. А. Татаренковой). Описание Дыбовского носит, скорее, художественный характер, в то же время, подмечены интересные фенологические факты: «Чтобы человек, незнакомый с особенностями местности, смог понять, каков ее климат, он должен себе представить, будто там постоянно царит осень. Летом, в безветренную погоду, термо- метр в тени иногда показывает 20 °С, и даже 25°, но как только подует ветер, неважно откуда, сразу становится сыро и холодно, температура понижается, и приходится тепло одеваться. Ветер утих – становится снова тепло; подул – возвращаются сырость и холод. Зима и лето одинаково переменчи- вы. Иногда после обильных снегопадов небо становится ясным, и температура падает до –10°, –15 °C, оставаясь такой длительное время; потом сильный дождь смывает снег, и пейзаж снова становится осенним. …Один алеут с о. Беринга сделал по моей просьбе ряд более или менее точных наблюдений, которые дали следующий результат: Ясных дней 3 % Дней то ясных, то пасмурных 14 % Дней то ясных, то с дождем, снегом или туманом 52 % Дней с дождем, снегом и сильным туманом 31 % Грома нет нигде: ни тут, ни на Камчатке. Если верить рассказам старожилов Командорских островов, то в последнее время климат стал гораздо мягче и теперь намного лучше климата побережья Камчатки. В доказательство можно привести такой пример: когда в мае в окрестностях Петропавловска лежал снежный покров 2 арши- на толщиной, алеуты на о. Беринга сажали картошку. Осенние заморозки начинаются позднее, чем на Камчатке. Зима несравненно мягче, чем в самых теплых поселениях Камчатки, снега намного меньше – так что лошади, которых я привез на остров Беринга, всю зиму кормились в поле. …мне рассказывали, что на острове Беринга помнят зиму, когда, насколько хватало глаз, океан был покрыт льдом, в том числе даже в тех местах, куда обычно алеуты в это время года выхо- дят на своих байдарках...» Упомянутые выше исследования Леонарда Стейнегера стали первыми, положившими на- чало систематическим метеорологическим наблюдениям на острове. При этом, по иронии случая, в своей ранней научно-популярной публикации он довольно жестко полемизирует с возлагавшим на него большие надежды Дыбовским: «Я могу противопоставить его данным проведенные мной метеорологические наблюдения в течение 18 месяцев по три раза на дню и подобные им еще в тече- ние 12-ти месяцев…» (4, с. 268: пер. О. А. Куликовой). В действительности наблюдения продлились значительно дольше – с 22 мая 1882 г. по апрель 1886-го. Его напарником, а затем и сменщиком стал агент арендующей пушные промыслы на островах американской торговой фирмы «Гутчинсон, Кооль и Ко» Георгий Черных (у Стейнегера – «George Chernik», вероятно, Егор Егорович Черных). Позже данные Черных за 1884 г. и запрошенные из Вашингтона показатели за 1882–1884 гг. легли в основу одного из разделов публикации командированного на Командорские острова в 1884–1885 гг. подполковника Генерального штаба Волошинова (10, с. 278–283). Температурные показатели были переведены из Фаренгейтов в Реомюры; помимо метеорологических, Черных предоставил также некоторые фенологические и сейсмологические данные. Свою первую поездку на Командорские острова Стейнегер предпринял в марте 1882 г. Он вышел из Сан-Франциско на паровом барке «Александр II» и 7 мая достиг берегов о. Беринга. Ко- мандировка осуществлялась под двойным покровительством – Смитсоновского института и Сиг- нальной cлужбы Соединенных Штатов. Дело в том, что во второй половине XIX в. Метеорологи- ческая cлужба (Meteorological Service) являлась всего лишь подразделением Службы связи (United States Signal Service) и находилась в ведении военного министра. Последняя включала как собствен- но наблюдения, так и систему оповещения о приближении бурь посредством телеграфа и морских сигналов. Волошинов называл службу «Сигналь арми». Именно эта организация финансировала метеостанцию первые четыре года ее существования. Одной из главных задач путешествия Стейнегера была организация на Командорах и в Петропавловске-Камчатском пунктов метеорологических наблюдений. Основной интерес пред- ставляли температура, влажность, атмосферные осадки и облачность с мая по ноябрь включитель- но – период, когда на островах находятся морские котики. Но так как прежде подобные работы в данном регионе в полном объеме не проводились, съемка осуществлялась в течение всего года. Село Преображенское на о. Медном Стейнегер счел непригодным для этой цели. Главная причина заключается в геоморфологических особенностях местности – селение лежит в глубокой долине, характеризующейся очень сложной аэродинамикой, кроме того, склоны сопок постоянно подернуты туманом. В отчете Волошинова метеорологические данные по Медному также отсутст- вуют, в то время как все прочие характеристики, касающиеся условий проживания, быта, достатка и даже заболеваемости медновчан описаны достаточно подробно. Таким образом, регулярные наблю- дения в указанной точке не проводились. И все же озвученное в начале статьи утверждение Баклаг не было полностью безосновательным: не столь точные и полные замеры осуществлялись торговым агентом компании, немцем по происхождению, господином Кребсом (Krebs). В своей публикации Стейнегер ссылался на его записи, в частности на описание грозы (см. ниже). Возможно, имелись и другие наблюдатели, в таком случае, они остались вне поля зрения скрупулезного «американца». Стейнегер не имел возможности безотлучно находиться и ежедневно проводить замеры в одной-единственной созданной и оборудованной им точке – он регулярно посещал котиковые лежбища, ездил на о. Медный и однажды даже обошел под парусом о. Беринга. Чтобы решить эту проблему, исследователь обучил «любезного друга» Георгия Черных. Таким образом, во время от- сутствия ученого и после его окончательного отъезда с Командорских островов наблюдения прово- дил упомянутый агент торговой компании. Он был официально назначен наблюдателем Сигнальной cлужбы и добросовестно исполнял обязанности вплоть до самой своей отставки в апреле 1886 г. С этого момента на какой-то срок наблюдательный пункт был законсервирован, либо использовался по другому назначению. В первые годы исследований были установлены следующие приборы: ртутный барометр, открытый термометр, минимальный термометр, максимальный термометр (с июня 1883 г.), смо- ченный термометр для измерения относительной влажности (с июня 1883 г.), анемометр Робин- сона, флюгер (сделанный на острове) и стандартный осадкомер. В соответствии с действующими требованиями, показания снимались в 7 ч утра, 3 ч дня и 11 ч вечера по вашингтонскому времени, что, соответственно, составляло 11 ч 12 мин вечера, в 7 ч 12 мин утра и в 3 ч 12 мин дня местного времени. Методика проведения наблюдений, поправки и способ составления таблиц применялись согласно существующих инструкций Службы связи Соединенных Штатов. Резервуар барометра установили на высоте 20 футов над ур. м. Термометры разместили в большой решетчатой будке с северной стороны дома, в котором остановился Стейнегер (см. ниже). Камера примыкала к окну, и показания можно было считывать, не выходя наружу. Осадкомер закрепили достаточно высоко, но с ним возникли проблемы. Во-первых, силь- ный ветер, дующий параллельно горлышку воронки, в буквальном смысле высасывал воздух, пре- пятствуя попаданию дождя и снега. Поэтому нередко даже после выпадения достаточно обильных осадков прибор изнутри оставался практически сухим, и реальное количество влаги не соответст- вовало произведенным замерам. Вторая проблема была связана с ездовыми собаками. В качестве рекомендации Стейнегер указывал, что осадкомер следует устанавливать: а) в защищенном месте, чтобы он мог корректно работать в условиях сильного ветра; б) на высоте не менее 9 футов – чтобы до него не добрались псы. Впрочем, даже эти неточные сведения были весьма полезны и служили для сравнения с аналогичными съемками в условиях Прибыловых островов и Аляски. Полученные Стейнегером данные приведены ниже в таблицах. Стоит отметить, что рассма- триваемая публикация (6, с. 12–18) была первой, раскрывающей тему в полном объеме. Месячные значения метеорологических наблюдений, проведенных Леонардом Стейнегером и Георгием Черных в с. Никольском, о. Беринга, с мая 1882 г. по апрель 1886 г. включительно. Показания барометра по месяцам (Скорректированы только по температуре и погрешности приборов. Высота расположения барометра – 20 футов над ур. м. Сила тяжести +0,030) Помимо стандартных измерений, Стейнегер описывает редкие явления природы. Это – дрей- фующие льды, грозы и северное сияние. Точный перевод последних хочется процитировать отдельно: «…грозы на Командорских островах относятся к редким явлениям. 19 ноября 1879 г. г-н Кребс впервые за время своего восьмилетнего пребывания в главной деревне острова Медного наблюдал грозу. А 8-ого февраля 1881 г. он записал: “вспышка молнии и короткий, но сильный раскат грома около 7-ми часов вечера”. Г-н Черных в Никольском на о. Беринга сообщает о “громе и молнии” 12-ого сентября 1878 г. Я сам пережил грозу, проходившую над Никольским 18-го сентя- бря 1882 г. Первая молния ударила в 9 ч 58 мин вечера по местному времени; ветер юго-западный, 13 миль/час; барометр – 29,552 дюймов; температура воздуха 52,2 °F; облака слоисто-кучевые, 8, направление юго-западное; интервал между первой вспышкой молнии и раскатом грома – 96 секунд; шестой раскат грома (10 ч 25 мин вечера) – через 12 секунд после молнии; десятый раскат – через 40 секунд; одиннадцатая вспышка опередила десятый раскат грома. Это был последний различимый на слух удар, в 10 ч 35 мин. После этого в узком просвете над горизонтом в северной части неба еще продолжали сверкать отдаленные вспышки. Вспышки продолжались до 11 ч 10 мин вечера, далее их видно не стало. Северное сияние также явление очень редкое. В Никольском я наблюдал очень слабое си- яние, простирающееся до звезды η созвездия Большой Медведицы, 15-ого ноября 1882 г. в 12 ч 30 мин ночи по местному времени. Другое я видел 17-ого ноября 1882 г. в 10 ч 40 мин вечера по местному времени; в нижней части оно состояло из однородного зеленовато-белого свечения, большую часть времени над ним разливалось широкое розовое поле, образующее дугу между ϒ и η Большой Медведицы: аналогично раскрашенная, но прерывистая арка протянулась через созвездия Лебедя, Кассиопеи, Близнецов и Возничего – местами блеклая, местами более интенсивная, особен- но в районе созвездия Лебедь. Изредка пространство между расположенным ниже Большой Медве- дицы розовым пятном и верхней аркой заполнял красный цвет – но лишь на несколько секунд. В 11 часов вечера небо так заволокло тучами, что дальнейшие наблюдения пришлось прервать». В этом же разделе приводится свидетельство родившегося на о. Медном и проживавшего на о. Беринга как минимум с 1830-х гг. креола (метиса) Петра Васильевича Бурдуковского (1819–1899) о том, что в середине XIX в. почти ежегодно можно было наблюдать большие массивы приходивших с севера дрейфующих ледяных торосов. Однако Стейнегер ставит это утверждение под сомнение, апеллируя к однолетним наблюдениям Стеллера. Чтобы оценить достоверность озвученных сведе- ний, следует внести ремарку относительно личности рассказчика. Родителями Петра были уважа- емые люди: лальский мещанин Василий Петрович Бурдуковский (1752(1755)–1742(1743)) и аттин- ская алеутка Меланья Петровна (воспитанница главного тойона Ближних островов Т. Д. Голодова). Василий Бурдуковский – личность поистине легендарная (3, c. 76–77; 5, с. 181–183; 14, с. 80, 132). Первый раз он прибыл на о. Беринга в возрасте 18 лет, т. е. в интервале между 1870 и 1873 гг. (в этот промежуток времени на островах промышляло 5 судов различных промысловых компаний), позже робинзонил в составе бригады Шипицына (1805–1812) и в полной ясности ума дожил без малого до 90 лет. По семейной легенде, старик помнил вкус морских коров и знал, как использовать их шкуры для обтяжки байдар. Именно на его воспоминания, записанные со слов Петра, ссылался Норден- шельд, утверждая, что морская корова вымерла не в 1768 г., а несколько позже. Как и его отец, Петр прожил долгую насыщенную жизнь промысловика: заведовал отгонами котика, некоторое время был старшиной острова и неизменно пользовался большим авторитетом у односельчан и местной администрации (12, с. 47; 22, с. 5; 11). Если кто-то и мог дать исчерпывающую информацию о при- роде Командор, так это он, продолжатель рода «командорского патриарха». На мой взгляд, скепсис Стейнегера можно объяснить несколько предвзятым отношением к любым рассказам местного на- селения: вступая в полемику относительно даты полного истребления морской коровы (получив- шееся расхождение – всего около 5 лет), он обрушивается с критикой на Норденшельда, упрекая последнего главным образом в излишней легковерности. Между тем, наблюдения Петра Бурдуковского подтверждает директор РАК Кирилл Хлебни- ков (1830-е гг.): «Льды [на о. Беринга] приносятся при W и NW ветрах в генваре и феврале, иногда очень много» (24, с. 169). Позже доктор Слюнин, отмечая изменение направления теплого тече- ния Куросио, аргументирует свое утверждение следующим наблюдением: «В самом деле, припом- ним, что 30 лет тому назад [1860-е] зима на Командорских островах была гораздо холоднее; бухта у сел. Никольскаго замерзала до Арьего камня…» (16, с. 37). Стоит также отметить, что жители о. Беринга не единожды наблюдали подобные явления в ХХ в., хотя, по крайней мере, последние полвека торосы не были столь массивны. Для середины 1930-х гг. сведений о подходящих льдах не сохранилось, зато старожилы хорошо помнят мощную «шугу», доходившую почти до о. Топорков и легко выдерживавшую вес человека и зверя (устн. со- общ. В. М. Кияйкиной, 1924 г. р., В. Т. Тимошенко, 1927 г. р.). Мы не знаем, сколько длился интервал в наблюдениях после 1886 г. и был ли он вообще. Дело в том, что помимо Стейнегера наблюдения проводил его друг и коллега, Управляющий Коман- дорскими островами Николай Гребницкий. За свои заслуги 18 июля 1901 г. Николай Александрович был утвержден (17, л. 14–17) корреспондентом Николаевской Главной физической обсерватории с правом ношения на правой стороне груди особого нагрудного значка. Речь идет об одной из старей- ших метеорологических обсерваторий России, основанной в 1849 г. по приказу Николая I в Санкт- Петербурге (приставку «Николаевская» обсерватория получила в юбилейном 1899-м). Сегодня это – Главная геофизическая обсерватория им. А. И. Воейкова. К сожалению, до настоящего времени дошли лишь немногие записи исследователя. В Санкт- Петербургском филиале Архива Российской академии наук сохранились отдельные таблицы метео- рологических наблюдений на о. Беринга за 1899 и 1890 гг. (20). Это очень интересные и грамотно оформленные материалы на 131 листе. Наблюдения проводились в стационарной точке – метео- станции (см. ниже). При этом использовались: барометр-анероид, термометр при барометре-анеро- иде, сухой термометр, смоченный термометр, волосной гигрометр, максимальный и минимальный термометры, термометр на поверхности земли (открытый термометр), флюгер, осадкомер. Высота барометра над уровнем моря составляла 22 фута 10 дюймов; высота термометров над поверхностью земли – 4 фута, высота верхнего края дождемера – 6 футов 9 дюймов, высота флюгера – 21 фут. Примечательно, что Гребницкий не только оценивал облачность в баллах, но и указывал конкретные типы облаков: A(lto) Stratus, Nimbicumulit (устаревшая форма написания) и т. д. В отличие от Дыбов- ского (С) и Стейнегера (F), он указывал температуру в Реомюрах. Силу ветра – в м/сек. Помимо стандартных измерений Гребницкий также отмечал редкие явления: «– 6 Апреля 1899 года в 10 утра сила ветра 35,6 м/сек. Сорвало дверь в обсерватории. Шторм идет шквалами... – Ночью со 2 на 3 июня 1899 года выпала вулканическая сажа. 10-го в 6 утра волнообразное землетрясение от SSW, явление нагонной волны /приливная волна/. – С 29 на 30 ноября 1899 года ночью со снегом выпала вулканическая сажа /в дождемер/, в незначительном количестве. – в январе 1990 года – убит морж в устье речки /вне пределов его географического местооби- тания/. 3 Января в 6 1/4 вечера – падающие метеоры. Точка горения – NW (NW-SO). – 1-го февраля 1900 года в 5 часов 10 минут дня легкий удар – землетрясение. – 28-го февраля 1900 года в 81/2 вечера – крупный метеор. Точка горения – WNW». И так далее. Кроме того, отдельные записи о метеорологических наблюдениях можно найти в его поле- вых дневниках. Самые ранние относятся к апрелю 1878 г. К сожалению, сохранившиеся заметки носят произвольный и спорадический характер. Вот один из примеров: «Северное лежбище. Ночью сильный NNW. 1 Октября (1878). Утром ветер N, к вечеру отошел к О – маловетрие, барометр 778 (не изменился с утра до 4 час. дня). Убит белый песец – линяет – верх стал темный. Куропатки ли- няют – только спина немного пестрая. Урилы кончили линять» (18, л. 30об. – 31). Позже наблюдения приобретают регулярный характер (19). В 1895–1896 гг. ежедневно отме- чались: температура, атмосферное давление, направление и сила ветра, облачность, а также феноло- гические процессы. При этом Гребницкий лично проводил замеры в разных точках острова. Каким образом эксплуатировалась стационарная метеостанция, сведений не сохранилось. На сегодняшний день в нашем распоряжении имеются материалы двух полевых дневников 1877–1881 и 1895–1896 гг. и таблиц 1899 и 1900 гг. К сожалению, этого недостаточно, чтобы сделать окончательные выводы о масштабе и сроках проводимых работ. Хочется надеяться, что недостающие дневники, таблицы и отчеты сохранились в иных архивах или библиотеках. Помимо записей в дневниках, Управляющий делал замечательные фотографии. Они экспо- нировались в Санкт-Петербурге. По случаю выставки в 1902 г. был издан соответствующий очерк с описанием островов и списком фотографических снимков (13). Среди них примечательны: «Гроза и после грозы на о. Беринг в селении», «Облака на З-Ю-З во время шторма летом 1990 г.», «Метео- рологическая станция на о. Беринг», «Облака на о. Беринг». К сожалению, большая часть работ либо утрачена, либо не сохранила отметок об авторстве, и потому не может быть идентифицирова- на. Удивительно, но снимки с метеостанцией о. Беринга чудесным образом уцелели. Они хранятся в собрании Хабаровского краевого музея им. Н. И. Гродекова под инвентарными номерами «Книги Поступлений» ХКМ КП №№ 8019/79, 80, 82. До настоящего времени изображения не были иденти- фицированы, и авторство Гребницкого ставилось под сомнение. Однако исследовательская работа Н. А. Татаренковой в декабре 2013 г. позволила заполнить этот пробел. Никаких сомнений не оста- лось – это те самые снимки и та самая метеостанция. Более того, на них зафиксирован дом, в кото- ром в 1882 г. проживал Леонард Стейнегер: «При помощи полевого бинокля я мог, сидя в палатке, заглянуть в окно моей комнаты в деревне! Слева от нее – баня, которую как раз старательно топят по случаю субботнего вечера. Справа – большой дом Компании, из трубы идет дымок, стало быть, Иннокентий готовит ужин» (4, с. 273). На снимке ХКМ КП 8019/80 можно в деталях разглядеть здание с трехскатной крышей, та- кие крыши ставили нечасто. Наверху легко узнаваемы характерные очертания флюгера и анемоме- тра. Чуть глубже и правее располагается дом Гребницкого. На переднем плане в направлении дома Управляющего видна высокая подставка для осадкомера, самого осадкомера нет. Снимок сделан летом в спокойную ясную погоду. Воронка осадкомера хорошо различима на зимнем снимке ХКМ КП 8019/83, выполненном с противоположного ракурса (от метеостанции в направлении церкви). На другом зимнем кадре, ХКМ КП 8019/82, снятом с более удаленной северо-восточной точки, вид- на трехскатная крыша, дверь и небольшая застекленная веранда с северной стороны метеостанции. На переднем плане – небольшая хозяйственная постройка, предположительно, баня. Но самое замечательное то, что дом уцелел и стоит до сих пор. Во время исследователь- ских работ 1991–1992 гг. он был идентифицирован как «Склад компании» (9, с. 84, 204). Это не- большое одноэтажное здание, выполненное из канадской сосны, – типичный образец застройки американских промысловых поселков. Лаконичное решение архитектурного объема разнообразит трехскатная крыша, оберегающая обращенный к океану фасад. Некогда крыша была обшита гонтом (деревянной черепицей), в XX в. поверх истлевшей черепицы был настелен шифер (в участках, где шифер поврежден, до сих пор можно рассмотреть гонт). Здание расположено на ул. Беринга, но так как эта часть села из-за угрозы цунами не застраивается и считается нежилой, номер дома до- подлинно неизвестен. В 1990-х гг. владельцем был В. К. Майер, после его отъезда здание перешло К. С. Петрову. Последние десятилетия оно используется как гараж и подсобное помещение. Иссле- дование и подробное описание дома проводилось в 1991 г. специалистами проектного института по реставрации памятников истории и культуры «Спецпроектреставрация» по заказу Администрации Алеутского района. Научно-проектная документация хранится в Алеутском краеведческом музее (АКМ ГИ 650/07). Имеется графическая прорисовка, сделанная в начале 1990-х гг. А. В. Гусевым. В соответствии с Постановлением Главы Администрации Алеутского района № 90 от 17 августа 1992 г. все дома американской постройки имеют статус строений с особым режимом пользования. Хотя здание неплохо сохранилось для своих лет, оно едва ли продержится без реставрации больше двух десятилетий. Чтобы точно зафиксировать координаты строения, в момент написания статьи были сняты показания GPS-навигатора Garmin GPSmap 76CSx. Это точка 55°11′59,8″ с. ш. 166°00′4,5″ в. д., погрешность измерения составляет порядка 0,5″. Координаты, указанные в метеотаблицах Гребниц- кого, имеют еще большую погрешность: 55°12′1″ с. ш. 165 °59′2″ в. д. Вероятно, станция функционировала до начала ХХ в. включительно. К 1923 г. метеоточка была перенесена приблизительно на 120 м в направлении ЗЮЗ и разместилась ближе к Николо-Ин- нокентиевской церкви. Новая площадка была оборудована с учетом современных требований. Соот- ветствующее изображение сохранилось в публикации В. К. Арсеньева (7, с. 431). По всей видимо- сти, строительство новой точки было связано с приездом инспектора Владивостокской обсерватории С. Яковлева. Яковлев посетил Камчатку и о. Беринга в 1921 г. (8, с. 28), на тот момент станция в с. Ни- кольском не действовала. Наблюдателем был назначен помощник заведующего промыслами Коман- дорских островов (по всей видимости, Громова), бывший священник указанной церкви И. С. Пешков. Он дал инспектору «письменное обязательство» и «сдержал слово» – станция возобновила работу. Следует отметить, что Иван Пешков проводил метеонаблюдения еще до революции – ориентировочно с 1914 г., но на несколько лет (с июня 1919-го до весны 1921-го) покидал остров. В церкви его замещал священник Феодор Воронцов, а вот на метеостанции вакансия, похоже, оставалась свободной. Приме- чательно, что во время визита Е. К. Суворова в 1910 г. наблюдения проводил псаломщик той же церкви Иларий Иванович Плотников (21, с. 77). «Ценные сведения» ученому предоставили: священники Иван Пешков и Михаил Чегорян, фельдшеры И. С. Калинин и Антон Михайлович Ткаченко, надзиратель Степан Тимофеевич Волчков и Александр Федорович Волокитин. Работу метеостанции на о. Медном в 1921 г. наладить не удалось: бывший наблюдатель, слу- жащий Совета по делам рыбных и морских звериных промыслов Дальнего Востока Александр Ива- нович Черский скончался при невыясненных обстоятельствах, предположительно 9 октября 1920 г. (по другим сведениям – зимой 1921-го). Недоступными оказались даже собранные им материалы – заведующий пушным промыслом (Громов?) отдал распоряжение «Яковлеву никаких материалов Черского не показывать». Вероятно, «дикое» решение было продиктовано опасениями, связанными с криминальным характером гибели ученого. Наблюдения на о. Беринга были всегда многочисленнее, точнее и регулярнее, чем на о. Мед- ном. Это обусловлено как геоморфологическими особенностями местности, так и наличием грамот- ных специалистов – административный центр Командорских островов, село Никольское, находи- лось в более выгодном положении. Тем не менее, считается, что замеры проводились: в 1883–1887, 1901–1904, 1909, 1911–1912, 1916–1918 (дневники Черского 1919–1920 гг. утрачены), 1929–1950 гг. (15, с. 37), а также с 1952-го до конца 1960-х, то есть момента закрытия селения. Эти сведения требуют серьезной проверки и уточнений. В частности, Е. К. Суворовым опубликованы таблица и график метеорологических наблюдений с. Преображенского за период с 12 июня (новый стиль) по 21 сентября 1910 г. Они содержат данные по среднесуточной температуре воздуха, относительной и абсолютной влажности, атмосферному давлению и облачности (направление ветра и показания ми- нимального термометра даны только для о. Беринга). Метеорологические наблюдения проводил как сам Суворов, так и доверенный Камчатского Торгово-Промышленного Общества Ю. Г. Мартинсон. 10 октября 1935 г. площадка метеостанции с. Никольского была перенесена вновь – прибли- зительно на 250 м в юго-восточном направлении (если смотреть от первой точки, то в южном). Уточ- нение к описанию 1966-го г. дала местная жительница, Вера Терентьевна Тимошенко (1927 г. р.): в те годы пологий склон невысокого плато представлял собой холмистую местность; озерцо в лож- бинке с родничком было достаточно полноводным и называлось Лебяжьим, из него вытекала «реч- ка» – ручей, впадавший близ устья Гаванки. Позже холмы сравняли, проложили дорогу и обустро- или огороды. Интересующая нас точка лежит слегка восточнее правого борта Лебяжьего озера, ее высота над уровнем моря составляет порядка 20 м. В 1957 г. была открыта новая метеостанция, расположенная чуть менее чем в полутора ки- лометрах к юго-западу от первоначальной точки. С расширением диапазона исследований станция стала называться аэрологической. В настоящее время на указанной территории функционирует Объ- единенная гидрометеорологическая станция (ОГМС). 1. Dybоwski B. J. Wyspy Komandorskie. Lwow: Z I. Zwiazkowej drukarni we Lwowie, 1885. 105 s. 2. Pierce R. A. Russian America: a Biographical Dictionary / Alaska History No. 33 / Kingston (Ontario), Fairbanks (Alaska): The Limestone Press, 1990. 555 p. 3. Stejneger L. Eine Umsegelung der Berings-Insel // Deutsche Geographische Blatter. Band VIII. Heft 3. Bremen, Deutschland: Herausgegeben von der Geographischen Gesellschaft in Bremen, 1885. P. 225–273. (пер. О. А. Куликовой, 2012). 4. Stejneger L. The Russian Fur-Seal Islands / Extracted from U. S. Fish Commission Bulletin for 1896. Art. 1. P. 1–148. Pl. 1–66. Washington: Government Printing Officer, 1896. 148 p. 5. Stejneger L. Investigations relating to the date of the extermination of Steller’s sea-cow (Contributions to the history of the Commander Islands. No. 2). // Proc. of the U.S. National Museum. Vol. 7, 1884. Washington : Government Printing Officer, 1885. P. 181–189. 6. Netsvetov I.* The Journals of Iakov Netsvetov: the Atkha Years. 1828–1844 / Translated, with Introduction and Supplementary Material by L. Black. Kingston, Ontario, Canada : The Limestone Press, 1980. 342 p. 7. Арсеньев В. К. Командорские острова в 1923 году // Рыбные и пушные богатства Дальнего Востока. Владивосток, 1923. С. 420–464. 8. Баклаг З. Ф. История гидрометеорологической службы на Камчатке. Петропавловск-Камчатский, Новосибирск : Гос. Комитет СССР по Гидрометеорологии и Контролю Природной Среды, Камчатское террито- риальное управление по Гидрометеорологии и Контролю Природной Среды, Петропавловская Гидрометеоро- логическая обсерватория, 1980. 261 с. 9. Русские морские экспедиции 18 века / Белковский А. Н., Диваков И. В., Звягин В. Н., Окороков А. В., Станюкович А. К., Старков В. Ф., Черносвитов П. Ю. М., 1996. 240 с. 10. Волошинов Н. А. Отчет по командировке на Командорские острова Генерального штаба Подпол- ковника Волошинова в 1884/85 г. // Сб. географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. 26. СПб. : Издание Военно-ученаго комитета Главного Штаба, 1887. С. 160–295. 11. ГАКК. Ф. 220. Оп. 1. Метрические ведомости. 12. Гребницкий Н. А. Записка о Командорских островах // Сборник главнейших официальных доку- ментов по управлению Восточною Сибирью. Т. 3. Вып. 2. Иркутск : типогр. Н. П. Синицына, 1882. С. 43–125. 13. Гребницкий Н. А. Командорские острова. СПб. : М. З. и Г. И. Департамент Земледелия, типогр. В. Киршбаума, 1902. 41 с. 14. Гринев А. В. Кто есть кто в истории Русской Америки. М. : Academia, 2009. 672 с. 15. Лазо Л. А., Пашина З. Ф. Истории и физико-географические описания метеорологических станций и постов / Климатологический справочник СССР. Вып. 27. По Камчатской области. Петропавловск-Камчат. управ. Гидрометеоролог. службы, 1966. 88 с. 16. Слюнин Н. В. Промысловые богатства Камчатки, Сахалина и Командорских островов. Отчет Д-ра Слюнина за 1892–1893 гг. СПб. : Типогр. В. Киршбаума, Дворц. Пл., д. М-ва Финансов, 1895. 117 c. 17. СПФ АРАН. Ф. 851. Оп. 1. Д. 1. «Аттестат». 18. СПФ АРАН. Ф. 851. Оп. 1. Д. 5. Тетрадь с Заметками о острове Беринг (1877–1881). 19. Там же. Д. 6. Дневник исследователя (1895–1897). 20. СПФ АРАН. Ф. 851. Оп. 1. Д. 7. Записи о метеорологических наблюдениях на острове Беринг (1899, 1890). 21. Суворов Е. К. Командорские острова и пушной промысел на них. СПб. : Г. У. З. и З. Департамент Земледелия, типогр. В. Ф. Киршбаума 1912. 324 с. 22. Сулковский П. Г. Записка о промыслах на Командорских островах. Извлечена из дел Главного Управления П. Г. Сулковским // Сборник главнейших официальных документов по управлению Восточною Сибирью. Т. 3. Вып. 2. Иркутск : типогр. Н. П. Синицына, 1882. С. 3–10. 23. ХКМ КП. 8019. Виды села Никольского, конец XIX века. 24. Хлебников К. Т. Русская Америка в неопубликованных записках К. Т. Хлебникова / под ред. Р. Г. Ля- пуновой и С. Г. Федоровой. Л. : Наука, 1979. 280 с. Автор выражает благодарности за содействие в работе: начальнику отдела метеоро- логии Камчатского Гидрометцентра ФГБУ «Камчатское Управление гидрометеорологической службы и мониторинга окружающей среды» Т. Н. Кожевниковой; начальнику Объединенной гидро- метеорологической станции о. Беринга С. В. Даниловой; почетным жительницам с. Никольского В. Т. Тимошенко и В. М. Кияйкиной. Особая благодарность сотруднику КамчатНИРО А. А. Генера- лову за помощь в сборе и обработке информации.

Татаренкова Н. А. Ранние метеорологические наблюдения и первая метеостанция Командорских островов // «Отчизны верные сыны» : материалы XXXII Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2015. - С. 280-293.