Население Петропавловска в начале XX в.

А. С. Сесицкая

В последнее время в отечественных архивах все более актуальными становятся генеалогические исследования. Однако специфика нашего региона такова, что, к сожалению, большинство обращений по поиску информации генеалогического характера, поступающих в Государственный архив Камчатского края (а их число увеличивается из года в год), связано не с интересом к истории своей семьи и рода, а с желанием заявителей вступить в Ассоциацию коренных малочисленных народов Севера и приобрести соответствующие льготы.

Тем не менее, архивные документы, содержащие генеалогическую информацию - метрические книги, исповедальные росписи, брачные обыски, представляют большую ценность и как исторический источник, поскольку дают ценнейшую информацию о половозрастной, социальной и брачной структуре населения в определенные исторические периоды. Именно по этим направлениям были проанализированы метрические книги Петропавловского собора.

Прежде всего, необходимо дать характеристику метрических книг как исторического источника. Метрическая книга представляет собой совокупность хронологических записей о рождении, браке и смерти по установленной форме. Впервые графические формы и особенности ведения метрических книг были утверждены Указом Синода от 20 февраля 1724 г. А после Указа Синода от 23 ноября 1779 г. "Об исправном содержании метрических книг во всех приходских церквах" наличие книг в приходах и консисториях стало обязательным. Формуляр метрических книг окончательно был утвержден в 1838 г. и имел следующие графы:

В разделе "О родившихся":

- номер записи (раздельно для мужчин и для женщин);
- точная дата рождения, имя, место жительства, сословие, род деятельности, фамилия, имя, отчество отца ребенка и имя и отчество матери с указанием на законность брака и вероисповедание;
- место жительства, социальная принадлежность восприемников (крестных), их фамилии, имена и отчества;
- имя священнослужителя, совершившего таинство;
- подписи свидетелей (по желанию).

В разделе "О бракосочетавшихся":
- номер брака по порядку;
- точная дата совершения таинства;
- место жительства, сословие, имя, отчество, фамилия жениха с указанием вероисповедания и очередности брака;
- место жительства, сословие, имя, отчество, фамилия невесты с указанием вероисповедания и очередности брака;
- возраст невесты, имя священнослужителя, совершившего таинство;
- место жительства, сословие, имя, отчество, фамилии поручителей с указанием веро-исповедания.

В разделе "Об умерших":
- номер по порядку (раздельно для мужчин и для женщин);
- точная дата смерти и погребения;
- место жительства, сословие, имя, отчество и фамилия умершего (для младенцев и малолетних указывался отец, при отсутствии отца - мать);
- возраст умершего (раздельно для мужчин и женщин);
- причина смерти;
- имя священника, совершившего обряд погребения, и указание места погребения.

Записи в метрические книги производились сразу после совершения акта.

Существовали консисторские и приходские экземпляры метрических книг. Консисторский включал в себя метрические тетради рождения, брака, смерти за один год по всем приходам одного уезда или города. Приходский экземпляр включал записи рождений, браков и смертей только одного прихода за несколько лет в зависимости от численности прихода. Не всегда записи в метрических книгах были оформлены в соответствии со всеми правилами. Например, по постановлению Синода 1903 г. не допускалось внесение в метрическую запись слова "незаконнорожденный", однако и после 1903 г. оно продолжает встречаться в метрических книгах камчатских церквей. Также не всегда полно заполнялись формуляры метрических книг.

По типу метрические книги, находящиеся на хранении в Государственном архиве Камчатского края, относятся к консисторским. Выбранный для анализа в данной работе период хронологически охватывает рамки с 1889 по 1915 г. При этом следует заметить, что сохранность документов не полная - отсутствуют метрические книги Петропавловского собора за 1900, 1902 и 1912 гг. Частично сведения о рождаемости и смертности были восполнены с помощью статистических данных, опубликованных в "Обзоре Камчатской губернии за 1912 год". Отдельно отметим, что в метрические книги Петропавловского собора внесены записи о рождениях, бракосочетаниях и смерти жителей соседних с Петропавловском населенных пунктов - Авачи, Завойко (Елизово), Коряк, Паратунки. Поэтому была сделана выборка именно по жителям г. Петропавловска.

В конце XIX - начале XX в. численность населения города составляла менее полутысячи: 373 чел. в 1896 г., 383 чел. в 1900 г., 448 чел. в 1906 г. (1, с. 57-59). Однако к 1912 г. численность населения несколько возросла и составила 1 690 чел. (3, с. 17). Учитывая, что общее число рожденных (по данным метрических книг) за 1899-1915 гг. составило 635 чел., становится понятным, что численность увеличивалась не только за счет естественного прироста населения. Во многом этому способствовала столыпинская аграрная реформа, которая активизировала миграционные процессы в Российской империи, увеличив в начале XX в. приток населения в Сибирь и на Дальний Восток. Высочайше утвержденным 22 мая 1912 г. Положением Совета Министров Камчатская область была открыта для вольного заселения. При этом преимущественное число переселенцев водворялись в Петро-павловском уезде. К этому добавились группы переселенцев из соседних государств Европы и Азии. Действительно, начиная с 1913 г., в метрических книгах в большом количестве встречаются записи о принявших православие корейцах, китайцах и японцах. Во многом переход корейского, китайского и японского населения в христианство был вызван тем, что по российскому законодательству по существу запрещались браки между христианами и нехристианами. В итоге, согласно данным "Обзора Камчатской губернии за 1912 г.", в городе проживало 148 корейцев, 206 китайцев и 52 японца (все - мужчины). Женщин этих же национальностей среди прибывших практически не было.

Возвращаясь к вопросу об уровне рождаемости в рассматриваемый период, отметим, что на первый взгляд он был выше уровня смертности, поскольку общее число умерших за тот же период составило 501 чел. Однако почти 50 % от этой цифры - это процент детской смертности (от 0 до 14 лет), преимущественно младенцев. Это не являлось отличительной чертой территории, так как по величине младенческой смертности Россия занимала печальное одно из первых мест в мире, теряя ежегодно от 800 тыс. до 1, 5 млн грудных детей (2, с. 63). В причинах огромной смертности грудных детей, помимо отсутствия квалифицированной медицинской помощи, существенное значение имел быт населения. Массовая заболеваемость и смертность детей на первом году жизни служили иллюстрацией неправильного, нерационального кормления грудных младенцев и плохого ухода за ними. С другой стороны, одной из причин высокой младенческой смертности было и раннее вступление в брак физически неокрепших женщин, которые производили слабое, плохо выживавшее потомство. Метрические книги Петропавловского собора свидетельствуют, что почти половина из вступающих в брак горожанок (47 %) находились в возрасте от 15 до 18 лет.

Девочек рождалось немного больше мальчиков (343 и 292 чел. соответственно). Показатели смертности среди мальчиков и девочек расходятся несущественно (109 и 102 чел.). Дети, рожденные вне брака, составляли 5, 5 % от общего числа родившихся. Для сравнения: общий показатель по России (среди православного населения) в 1902 и 1910 гг. - 2, 3 % и 2, 4 % соответственно (3, с. 63).

При небольшой численности населения невелико было и число браков, количество которых за 14 лет составило 125. В 1830 г. Синодом был определен возраст для вступающих в брак: для мужчин - 18 лет, а для женщин - 16 лет (этот возраст назывался церковным совершеннолетием). Епархиальным архиереям предоставлялось право в необходимых случаях разрешать браки по своему личному усмотрению, когда жениху или невесте не хватало не более полугода до установленного законом возраста вступления в брак. Распределение по возрасту вступавших в брак в Петропавловске выглядело следующим образом: средний возраст мужчин составлял 27 лет, женщин - 21 год. Число национально-смешанных браков было незначительным и составляло 8 % от общего числа, но в социальном отношении (основное население города - казаки и мещане (в т. ч. чиновники), дворяне и духовенство составляли крайне незначительную его часть) смешанных браков было много - практически каждый второй (49 %). Числа разведенных за указанный период времени выявлено не было. Прежде всего, это можно связать с выработанными в обществе ценностными ориентирами, направленными на сохранение стабильности семьи, которые поддерживались и регламентировались церковью. Как правило, прекращение браков наступало в результате смерти одного из супругов.

Как отмечалось выше, уровень рождаемости был несколько выше уровня смертности. Смертность среди мужчин была больше, чем среди женщин (имеется в виду взрослое население города), хотя и ненамного - 58 % и 42 % от общего числа умерших, соответственно. В то же время женщины умирали в возрасте более раннем, чем мужчины, - в основном от 27 от 45 лет, а мужчины - в возрасте от 31 до 51 года. Одна из основных причин смертей среди взрослого населения - туберкулез, от него умирала почти треть населения (28 %). Среди женщин было много умерших при родах - 12 %. Свой процент смертности (5,2 %) давала и колония прокаженных, находившаяся недалеко от города.

В ходе работы выявилась интересная тенденция распределения носителей традиционных камчатских фамилий по сословиям. Так, например, все встречающиеся в метрических книгах Ворошиловы значатся как мещане. Среди Черных подавляющее большинство - казаки, за исключением трех редких случаев, где они указаны мещанами. Также среди мещан чаще, чем прочие, встречаются фамилии Белокопытов, Заочный, Мутовин, Машихин, Сахаров, Сметанин, Корякин, Калинда, Иванов, Косыгин. Среди казаков - Селиванов, Савинский, Хохлов, Попов, Помаскин, Пшенников, Крупенин, Третьяков.

Кроме того, хотелось бы отметить, что материал метрических книг дает любопытную информацию о социальном составе города: ведь в них зафиксированы имена и основные в жизни каждого человека события (рождение, брак и смерть), кем бы он ни был и к какой бы общественной группе не относился. В метрических книгах можно найти имена священнослужителей, врачей, фельдшеров, купцов, инженеров, учителей Петропавловского городского училища, служащих и начальников Петропавловской таможенной заставы, Петропавловского казначейства, полицейского управления, канцелярии губернатора, радиотелеграфной станции, живших и работавших в Петропавловске в начале XX в.

1. Витер И. Хроника строительства города Петропавловска" (1740-1923). Петропавловск-Камчатский : Изд. Центр типографии СЭТО-СТ, 1997. 111 с.
2. Население в России в XX веке. Исторические очерки. Т. 1. 1900-1939 гг. М. : Росспен, 2000. 463 с.
3. Обзор Камчатской губернии за 1912 г. Петропавловск-на-Камчатке : Типография М. М. Пономарева, 1914. 83 с.

Сесицкая А. С. Население Петропавловска в начале XX в. // Верные долгу и Отечеству : материалы XXVII Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2010. - С. 186-189.