С. А. Корсун

Этнографические исследования А. С. Форштейна на Чукотке

Одним из учеников основоположника советской этнографической школы Владимира Гер- мановича Богораза (1865–1936) был Александр Семенович Форштейн (1904–1968), в 1927–1929 и 1929–1933 гг. он провел полевые исследования среди азиатских эскимосов и чукчей.

Родился А. С. Форштейн в г. Марселе во Франции в семье эмигрантов из России. Уже в дет- стве он говорил на французском, английском и русском языках. В 1911 г. вместе с родителями вер- нулся в Россию. В 1926 г. А. С. Форштейн поступил на этнографическое отделение географического факультета Ленинградского государственного университета. Проучившись в университете в тече- ние года, в возрасте 23 лет он выехал на Чукотку для проведения полевых исследований. Н. И. Га- ген-Торн сообщает:

«А. С. Форштейн с 1926 (с 1927. – С. К.) по 1929 г. работал на Чукотке, где занимался ор- ганизацией школы. Он объехал поселки азиатских эскимосов, изучил их язык, был принят в род. В 1930–1931 гг. Форштейн жил на Шелакском мысу, в 1931–1932 гг. – в низовьях Колымы. Все это время он вел как теоретическую, так и практическую просветительскую работу» (3, с. 144).

Планировалось, что по прибытии на Чукотку А. С. Форштейн займет должность руково- дителя школы чукотского пос. Уэлен, но оказалось, что эта вакансия занята Петром Яковлевичем Скорником (1906–1985). О педагогической работе А. С. Форштейна среди эскимосов, но без упоми- нания его фамилии, писал Георгий Алексеевич Меновщиков (1911–1991):

«В 1927/28 учебном году в эскимосских поселках Наукан, Чаплино, Урелики и Имтук впер- вые организуются начальные школы. Первые русские учителя, приехавшие с “Большой земли”, не- смотря на то, что эскимосы с большой охотой и радостью отнеслись к организации школ в их посел- ках, сталкивались в своей работе с неимоверными трудностями при организации школьного дела.

В эскимосских селениях Имтук и Урелики не было в то время даже школьных помещений, и детей приходилось обучать в пологе, где одновременно находились все члены семьи. Учащиеся обычно садились на кожаный пол полога в два-три ряда. При этом сидящие в первом ряду писали на маленьких ящиках из-под патронов, а те, кто располагался сзади, пристраивали тетради на спинах своих товарищей. От жирников сильно пахло, в пологе становилось душно, поэтому как учащиеся, так и учитель быстро уставали. Но, несмотря на трудности, работа в школе не прекращалась» (10, с. 137–138).

По данным И. И. Крупника и Е. А. Михайловой, большую часть 1928 г. А. С. Форштейн провел в сел. Унгазик на м. Чаплино. Отсюда он совершил несколько кратковременных поездок в со- седние эскимосские поселки. Зимой и летом он побывал в селении Сиклюк, весной ездил в поселки юго-восточной Чукотки – Имтук и Сиреники. В 1927 или 1928 гг. он предпринял поездку на север в сел. Наукан на м. Дежнева и в сел. Имаклик, расположенное на о. Ратманова (Большой Диомид) в Беринговом проливе (8, с. 202–205).

А. С. Форштейн собрал интересную коллекцию по традиционной культуре азиатских эски- мосов и сделал более 140 фотографий. В настоящее время в фондах отдела Сибири Музея антропо- логии и этнографии (МАЭ) находятся этнографические коллекции А. С. Форштейна по азиатским эскимосам – № 4211, переданная в 1929 г., и № 5417, переданная в 1936 г., а также фотоиллюстра- тивная коллекция № И-429 (11, с. 278). И. И. Крупник и Е. А. Михайлова ввели в научный оборот иллюстративную коллекцию № И-115 (8, 9). В фонде отдела Америки МАЭ хранится украшенная бисером сумка американских эскимосов, которую А. С. Форштейн получил в 1928 г. в подарок от эскимоса Панауи – жителя сел. Унгазик (№ 5116). Она поступила в музей в 1933 г.

О вторичном прибытии А. С. Форштейна на Чукотку в 1930 г. сообщается в заметке, поме- щенной в журнале «Советский Север»:

«Комитет Севера при Президиуме ВЦИК и кафедра палеоазиатских языков получили не- сколько радиограмм и писем, отправленных с парохода “Колыма” на его трудном пути между льда- ми Северного Ледовитого океана к устью р. Лены.

Эти сообщения отправлены молодыми этнографами, получившими образование на этно- отделении б. Геофака, ныне Ленингр. Историко-лингвистический институт (ЛИЛИ).

Из них А. С. Форштейн и К. М. Форштейн (Мыльникова) высадились на мысу Шелагском. Они намерены в течение трех лет производить всестороннее изучение племени чукоч в районе Чаунской губы. Они предполагают в первый год откочевать вглубь тундры вместе с чукчами, ор- 170 Материалы ХХХ Крашенинниковских чтений Всеобщее богатство человеческих познаний 171 ганизовать кочевую школу, со второго года вести стационарную работу. Они приготовились жить в чукотской яранге – во всем так как живут чукчи. Их не пугает, что в течение трех лет они, может быть, не увидят ни одного европейского лица (в Чаунскую губу возможны только случайные заходы пароходов, совершающих полярные рейсы).

Форштейн, как известно, до того два года провел среди эскимосов на м. Дежнева и Чаплина. Район Чаунской губы является еще более глухим и неисследованным местом, совершенно неизучен- ным с точки зрения этнографии» (7, с. 51).

В конце 20-х гг. В. Г. Богораз разрабатывал план комплексной экспедиции по изучению на- родов северо-восточной Азии для разрешения проблемы заселения Америки. Практическим резуль- татом этих планов и стали исследования А. С. Форштейна, которые, к сожалению, не завершились научными публикациями. В примечании к статье «Юитский (азиатско-эскимосский) язык» В. Г. Бо- гораз писал:

«...Ряд дополнений и поправок внесены по материалам А. С. Форштейна, который провел среди юитов три года и недавно возвратился в Ленинград. Им же сообщены новейшие данные о рас- селении и численности юитов» (1, с. 105).

Известный специалист по искусству народов Сибири Сергей Васильевич Иванов (1895– 1986) высоко оценил результаты исследований А. С. Форштейна. Он сделал несколько ссылок на его устные сообщения (4, с. 444, 447) и опубликовал со слов А. С. Форштейна описание праздника солнца азиатских эскимосов (5, с. 221–223).

После возвращения в Ленинград в 1933 г. А. С. Форштейна приняли на работу в отдел Сиби- ри МАЭ, одновременно он преподавал в Институте народов Севера. А. С. Форштейн занимался со- зданием письменности для азиатских эскимосов. Он подверг суровой критике эскимосский букварь Елизаветы Порфирьевны Орловой (1899–1976) (18), который, по его мнению, «составлен совершен- но неграмотно и не только не помогает развитию национальной письменности, но, наоборот, оказал и продолжает оказывать в настоящее время вредное влияние на язык, упрощая морфологическую структуру до характера жаргона» (11, с. 278).

В 1935 г. А. С. Форштейн опубликовал свой эскимосский букварь (14) и перевел с русского на эскимосский «Книгу для чтения» Катерины Семеновны Сергеевой (1898–1975) (12). На основе этих учебных изданий сразу же появилось методическое пособие (2). В 1934–1935 гг. А. С. Фор- штейн и К. С. Сергеева продолжили плодотворную совместную работу, которая завершилась пере- водом второй «Книги для чтения» (13). Тогда же А. С. Форштейн опубликовал книжку эскимосских сказок (17) (в 1936 г. ее переиздали) и выступил в роли редактора детской книги Е. И. Чарушина, переведенной на эскимосский язык К. С. Сергеевой и Амкаун Нынлювак (15).

В 1936 г. А. С. Форштейна командировали на три месяца в Национальный музей Дании (НМД), где он работал с конца апреля до начала августа. В Копенгагене А. С. Форштейн изучал коллекции по американским эскимосам, сотрудничал с В. Тальбицером, К. Биркет-Смитом, Л. Хам- мерих и др., переписывался с В. И. Иохельсоном и Ф. Боасом (8, 9, с. 213–214). Он передал в НМД коллекцию рисунков азиатских эскимосов и вещи из своих сборов. Попытки А. С. Форштейна пе- реехать в США или принять участие в длительной зарубежной экспедиции не увенчались успехом. Для датских исследователей он был интересен как советский коллега, который в будущем сможет провести археологические раскопки на Чукотке. После возвращения из Дании, в отдел Америки МАЭ от А. С. Форштейна поступили фотографии экспонатов НМД. В результате его командировки, в 1937 г. МАЭ получил коллекцию из 123 предметов археологии (№ 5526), собранную участниками Шестой экспедиции Туле Кнута Расмуссена в 1931–1933 гг. в восточной и западной Гренландии. У А. С. Форштейна были хорошие перспективы стать крупным ученым, кроме европейских языков он овладел языками чукчей и азиатских эскимосов (11, с. 276).

В 1935–1936 гг. В. Г. Богораз работал над созданием выставки «История техники народно- стей арктической Евразии и Америки», которая должна была стать связующим звеном между экспо- зициями МАЭ по народам Сибири и Северной Америки. После возвращения из Дании работу над этим проектом продолжил А. С. Форштейн. Он писал:

«...Выставка должна выявить отдельные этапы в развитии приморского охотничьего хозяй- ства, от его наиболее ранних форм, известных лишь по ряду археологических находок (раскопки Грдлички, Коллинза и др.), до его современных форм, продолжающих бытовать у целого ряда при- морских арктических и отчасти субарктических народностей Евразии и Америки. Как-то: у эски- мосов, алеутов, приморских коряков и чукчей, а также как параллельный тип у гиляков и отчасти у самоедов (ненцев), тлинкитов и др.

В своем экспозиционном плане выставка должна выделить как отдельные этапы в развитии арктического приморского хозяйства: 1) так наз. “протоэскимосскую культуру”, соответствующую раннему неолиту, 2) так наз. “культуру Туле”, соответствующую позднему и пережиточному нео- литу, и 3) технику современного охотничьего приморского хозяйства, соответствующую периоду европейского влияния. <…>

Одновременно выставка не должна обойти (вниманием. – С. К.) имеющиеся параллели меж- ду техникой данного (арктического. – С. К.) хозяйственного типа и техникой “мадлена”, как косвен- но связывающей первую с палеолитом» (19).

Завершить работу по созданию этой выставки А. С. Форштейн не успел. В мае 1937 г. его арестовали по обвинению в принадлежности к «троцкистско-зиновьевской, шпионско-терро- ристической организации». А. С. Форштейн был осужден 8 января 1938 г. Военным трибуналом Ленинградского военного округа по статьям 58-б, 19-58, 58-11 УК РСФСР его приговорили к рас- стрелу с конфискацией имущества. Решением Военной коллегии Верховного суда СССР расстрел был заменен десятью годами лишения свободы. Начало срока – 20 мая 1937 г., после осуждения А. С. Форштейна отправили на Колыму, куда прибыл 28 октября 1938 г. Он отбывал срок заключения в Дорожном лагере Южного горнопромышленного управления, в лагере был вторично обвинен в ан- тисоветской агитации и подготовке к побегу. Дело было прекращено за недостатком улик. 20 ноября 1942 г. А. С. Форштейна перевели в Тенькинский лагерь, а 3 июля 1946 г. – в Магаданский лагерь. Освободили его 20 мая 1947 г. (6, с. 58–59). После освобождения он изменил фамилию Форштейн на Маралов, поселился в Ташкенте, где работал ведущим специалистом в области строительства. В науку А. С. Форштейн больше не вернулся.

1. Богораз В. Г. Юитский (азиатско-эскимосский) язык // Языки и письменность народов Севера. Ч. III. Языки и письменность палеоазиатских народов. Труды Научно-исследовательской ассоциации народов Севера ЦИК СССР. Труды по лингвистике. Т. III. М. ; Л., 1934. С. 105–128.
2. Васильев Г. П. Методическое пособие для учителей эскимосских школ к букварю А. С. Форштейна и к книге для чтения К. С. Сергеевой. В помощь учителю эскимосской школы. М. ; Л. : Учпедгиз, 1935.
3. Гаген-Торн Н. И. Ленинградская этнографическая школа в двадцатые годы (у истоков советской этнографии) // Советская этнография. 1971. № 2. С. 134–145.
4. Иванов С. В. Материалы по изобразительному искусству народов Сибири XIX – начала XX в. (ТИЭ. Новая серия. Т. 22). М. ; Л., 1954.
5. Иванов С. В. Орнамент народов Сибири как исторический источник (ТИЭ. Новая серия. Т. 81). М. ; Л., 1963. 500 с.
6. Издания на языках коренных малочисленных народов Севера (ительменском, корякском, чукот- ском, эвенкском, эскимосском, юкагирском) в учреждениях Магаданской области: сводный каталог / авт.-сост. О. А. Толоконцева. Магадан : Кордис, 2008. 224 с.
7. К организации первых туземных школ на Северном побережье Чукотского полуострова // Советский Север. 1931. № 1. С. 51.
8. Крупник И., Михайлова Е. Пейзажи, лица и истории: фотографии Александра Форштейна (1927– 1929) // Антропологический форум. 2006. № 4. С. 188–219.
9. Крупник И., Михайлова Е. Эскимолог Александр Форштейн (1904–1968) // Тропою Богораза. Науч- ные и литературные материалы. М. : Институт Наследия – ГЕОС, 2008. С. 32–43.
10. Меновщиков Г. А. Эскимосы. Научно-популярный историко-этнографический очерк об азиатских эскимосах. Магадан : Магаданское кн. изд-во, 1959. 148 с.
11. Решетов А. М. Александр Семенович Форштейн (1904–1968). Страницы биографии репрессиро- ванного ученого // II Диковские чтения : матер. научно-практической конференции, посвященной 70-летию Дальстроя. Магадан, 2002. С. 275–279.
12. Сергеева К. С. Книга для чтения. Ч. 1. пер. с эскимосск. А. С. Форштейна. М. ; Л. : Учпедгиз, 1935. 24 с.
13. Сергеева К. С. Книга для чтения для первого класса начальной школы / пер. с эскимосск. А. С. Фор- штейна. М. ; Л. : Учпедгиз, 1935а. 95 с.
14. Форштейн А. Эскимосское слово : Букварь. М. ; Л. : Учпедгиз, 1935. 90 с.
15. Чарушин Е. И. Животные жарких стран. На эскимосском языке / пер. К. С. Сергеева и Амкаун Цынлювак / под ред. А. С. Форштейна. Л. : Детгиз, 1935. 12 с.
16. Krupnik I. Jesup Genealogy: Intellectual Partnership and Russian-American Cooperation in Arctic/North Pacific Anthropology. Part I. From Jesup Expedition to the Cold War, 1897–1948 // Arctic Anthropology. 1998. V. 35. Num. 2. P. 199–226.
17. [Forstejnьм] Jpigьm unьparatani (Сказки азиатских эскимосов записаны в поселке Унгазик А. С. Фор- штейном). Moskva ; Leningrad : Detgiz, 1935. 24 с.
18. Xwankuta ihaput. Atasьм Мakuмit ihat. (Наша книга. Первая эскимосская книга). Leningrad : Ucpedgiz, 1932. 72 р.
19. АМАЭ. Ф. К–IV. Оп. 8. № 131. Л. 1.

Корсун С. А. Этнографические исследования А. С. Форштейна на Чукотке // "Всеобщее богатство человеческих познаний" : материалы XXX Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2013. - С. 169-172.