К вопросу о свободе совести в СССР в 1941-1950 гг.
(на примере Камчатской области)

Н. В. Камардина

Проблемы реализации свободы совести на различных этапах существования российского государства неизменно интересовали отечественных и зарубежных исследователей. Духовная жизнь российского общества всегда несла на себе отпечаток непростых отношений власти и религиозных конфессий. Особый интерес к теме взаимоотношений советской власти и церкви обусловлен в первую очередь тем, что религия в общественном сознании составляла значительную конкуренцию официальной идеологии.

Свобода совести, провозглашенная в сталинской Конституции СССР (1936 г.), в течение десятилетий оставалась, по сути, выхолощенной декларацией. Разрушение церквей, монастырей, распродажа церковных ценностей, запрет на отправление религиозных обрядов, гонения на верующих - вот советская действительность 20-40-х гг. ХХ в.

В годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.) ситуация несколько изменилась. С первых дней борьбы с фашистскими захватчиками верующие наравне с атеистами сражались на фронте, работали на оборонных предприятиях и в колхозах. Патриотическая позиция православного духовенства и верующих послужила основой для нормализации отношений между Советским государством и Русской православной церковью. Священнослужители по всей стране проводили молебны о даровании победы над фашистами и панихиды о погибших за свободу Отечества. Религиозные общины оказывали помощь инвалидам, вдовам, сиротам. Так, в "Послании митрополита Сергия пастырям и пасомым Христовой православной церкви" 22 июня 1941 г. говорилось: "Православная наша Церковь всегда разделяла судьбу народа. Вместе с ним она испытания несла и утешалась его успехами. Не оставит она народа своего и теперь" (1). Однако открытое проявление религиозных чувств по-прежнему находилось под запретом. Лишь после встречи И. В. Сталина с Местоблюстителем Патриаршего престола митрополитом Сергием в сентябре 1943 г. ситуация несколько изменилась. В новых условиях контролировать реализацию законодательства о свободе совести должен был созданный в 1943 г. при СНК СССР Совет по делам Русской православной церкви и Совет по делам религиозных культов.

В годы Великой Отечественной войны положение РПЦ в советском обществе шаг за шагом укреплялось, причем не только в центре, но и на местах. Уже осенью 1943 г. в СССР по просьбам верующих вновь открылись десятки культовых зданий. Однако не гражданам, а государственным и партийным органам было дано право решать судьбу каждого конкретного храма или молельного дома. Окончательное постановление в любом случае принималось в Москве Советом по делам РПЦ, Советом по делам религиозных культов и одобрялось правительством СССР. Но несмотря на все сложности среди населения страны наблюдается устойчивый рост религиозных настроений. Показательным является тот факт, что только по Хабаровскому краю с 1942 по 20 октября 1945 г. было подано 10 заявлений на открытие русских православных церквей. Однако из этого числа удовлетворили лишь 2 заявления групп верующих г. Хабаровска (2).

В г. Петропавловске-Камчатском и Камчатской области, которая в тот момент входила в состав Хабаровского края, по официальным данным 1936 г. насчитывалось 37 молитвенных зданий, ни одно из которых не использовалось по назначению. При этом в области не было зарегистрированных служителей религиозных культов (3). Но в годы войны даже из самых отдаленных от центра регионов раздавались просьбы об открытии храмов. Так, в 1944 г. группа верующих из пос. Кихчик Усть-Большерецкого района Камчатской области выступила с просьбой об открытии православной церкви. Тем не менее, решением Хабаровского крайисполкома это ходатайство было отклонено. Причина, по которой это произошло, была следующей: в поселке рыбокомбината церковь ранее не существовала, и "дирекция комбината категорически отказала верующим в предоставлении помещения" (4). Таким образом, камчатские православные верующие не получили разрешения на открытое проведение богослужений.

К началу 1945 г. во всем Хабаровском крае функционировала лишь одна зарегистрированная православная Свято-Александро-Невская церковь в Краснофлотском поселке г. Хабаровска (5). При этом заявления от групп верующих различных городов и поселков Хабаровского края продолжали поступать.

Как видно из приведенных примеров, в 1943-1945 гг. свобода совести не могла быть реализована гражданами СССР в полной мере. А после окончания Великой Отечественной войны ситуация еще больше осложнилась. Государство в условиях мира уже не испытывало потребности в поддержке со стороны религиозных организаций, поэтому своими действиями реально препятствовало открытию новых храмов и молельных домов. Такое положение вызывало непонимание у простых граждан. Показательным в этом смысле является письмо И. В. Сталину от верующих пос. Победа Ленинского района г. Комсомольска-на-Амуре: "Просим Вас дать разрешение какое-либо. Можно молиться или нет? Мы уже 2-й год молимся" (6).

Что касается Камчатки, то в послевоенные годы просьбы и заявления ее жителей об открытии православного храма неоднократно направлялись в вышестоящие органы. В 1947 г. уполномоченный Совета по делам РПЦ при Совете министров СССР по Хабаровскому краю К. А. Семенов получил письмо от Т. И. Болкуновой, содержащее заявление верующих г. Петропавловска-Камчатского с просьбой открыть у них православную церковь. В ответ на это К. А. Семенов направил Т. И. Болкуновой разъяснение о правилах оформления такого рода ходатайств (7). В августе этого же года новое заявление, составленное в соответствии с требованиями, поступило на имя К. А. Семенова. В нем сообщалось, что в городе и прилегающих поселках имеется большое количество верующих православных христиан, которые желали бы "собираться на общественную молитву и для совершения святых таинств (покаяния, крещения, брака и пр.) по уставам и канонам нашей Святой Православной Церкви и с предста-вительством священника". Подчеркивалось, что в г. Петропавловске-Камчатском ранее существовал храм на ул. Ленинской, и это здание, занятое кинотеатром, может быть использовано. К заявлению был приложен список группы верующих в количестве 21 человека (8). Данное обращение не было услышано властями, и православные христиане самого большого города в Камчатской области по-прежнему были лишены возможности отправлять культ открыто.

Подобное заявление было направлено епископу Владивостокскому и Камчатскому Гавриилу (Огородникову) (9) жителями с. Ключи Усть-Камчатского района в сентябре 1948 г. Верующие просили содействовать открытию православного храма в их селе. "Здесь ранее существовал православный храм, который был закрыт. В настоящее время здание этого храма цело… Здесь много православных христиан, они тоскуют и вздыхают о храме, об общественной молитве, о совершении святых таинств…" (10). Под заявлением подписались 24 человека. Епископ Гавриил ходатайство камчатских верующих поддержал, о чем свидетельствует его личная резолюция на документе (11). В свою очередь, уполномоченный Совета по делам РПЦ К. А. Семенов, исходя из бесед с руководящими работниками Камчатской области и телеграммы председателя Усть-Камчатского райисполкома, сделал заключение об отклонении этого заявления: "…в с. Ключи церковь была закрыта в 1930 г., а церковное здание после закрытия церкви несколько раз переоборудовалось… в настоящее время в нем размещены рабочие, прибывшие по вербовке на заводы рыбной промышленности. В ближайшее время освободить это здание не представляется возможным… В с. Ключи насчитывается около 6 тысяч человек всех возрастов, других населенных пунктов вблизи этого села нет" (12). В соответствии с рекомендацией уполно-моченного Хабаровский крайисполком вынес решение об отклонении ходатайства группы верующих с. Ключи (13).

Таким образом, православные верующие Камчатской области за 1941-1948 гг. по меньшей мере трижды обращались с просьбами в официальные организации о разрешении им открыто молиться в храмовых зданиях. И трижды получали отказ. Причины всегда были однотипны: нет подходящих помещений. Это, безусловно, являлось нарушением права граждан на свободу совести. Вынужденные скрываться, верующие отправляли обряды тайно.

Помимо православных верующих активность проявляли и другие религиозные объединения. Например, по официальным данным на 1 октября 1950 г. в Петропавловске-Камчатском существовала незарегистрированная община евангельских христиан-баптистов, в которой состояло не менее 45 чело-век (14).

В послевоенные годы в отношениях между государством и религиозными организациями в СССР вновь начинается период охлаждения, что, бесспорно, отражалось на жизни простых граждан. Советские люди оказались в очень сложной ситуации. С одной стороны, право на свободу совести гарантировалась законом, т. е. государством. С другой стороны, государство всячески препятствовало реализации этого права. Российскому обществу предстоял трудный путь поиска оптимальных форм взаимодействия с государством для реализации всех демократических прав и свобод человека и гражданина.

1. Послание митрополита Сергия пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви. 22 июня 1941 г. // Религия и власть на Дальнем Востоке России : Сб. док-в ГАХК. Хабаровск: Частная коллекция, 2001. С. 205.
2. Там же. С. 222.
3. Там же. С. 196-197.
4. Там же. С. 222.
5. Там же. С. 247.
7. Там же. С. 230-231.
8. Там же. С. 231-232.
9. Там же. С. 365-367.
10. Там же. С. 237.
11. Там же. С. 238.
12. Там же.
13. Там же. С. 238-239.
14. Там же. С. 248.

Камардина Н. В. К вопросу о свободе совести в СССР в 1941-1950 гг. (на примере Камчатской области) // Пятые Международные исторические и Свято-Иннокентьевские чтения "К 270-летию выхода России к берегам Америки и начала освоения Тихого океана (1741-2011)" : материалы : 19-20 окт. 2011 г. - Петропавловск-Камчатский, 2012. - С. 40-42. - Библиогр. : с. 42.