А. М. Харитонов

Об изображении территории современной азиатской России на европейских картах позднего средневековья

К началу XVI в. территория Азиатской России была известна европейским картографам лучше, чем территория большей части Европейской России. Лет 25 назад за подобный парадоксаль- ный вывод, вздумай автор работы озвучить его на какой-либо научной конференции (напечатать его без ущерба для собственной репутации мог позволить себе тогда только научно-популярный журнал с целью поднятия тиража), можно было навсегда остаться за пределами академической науки. Не помогли бы никакие самые надежные доказательства в пользу этой идеи, она и сегодня у большин- ства историков и географов может вызвать негативную реакцию. Однако наука не стоит на месте, и то, что вчера казалось невозможным, сегодня представляется уже не столь невероятным (7).

Прежде всего отметим, что северо-восток Азии присутствует на большинстве мировых карт позднего средневековья. Однако сами эти изображения обычно игнорируются при анализе в силу того, что их всегда считали не более чем плодом фантазии авторов карт. В частности, так делается в известной сводке Багрова (1) у ряда подобных карт, где наряду с подробно описываемой по карте самим Багровым европейской частью России имеется изображение и ее азиатской территории. Оно и понятно: общепринято, что эти территории попали в поле зрения науки только после начала похо- дов русских землепроходцев в Сибирь, а значит, могут быть приняты во внимание, если составлены не ранее 1700 г. или даже позже.

Освоение Сибири – одна из самых ярких страниц истории России. Русские землепроходцы в течение всего примерно одного столетия более чем удвоили территорию Российской державы и впоследствии достигли берегов Америки. Русский приоритет в исследовании и освоении этих зе- мель до сих пор никем не оспаривался и в любом случае сохранится как незыблемое целое. Между тем, имеются некоторые косвенные данные, свидетельствующие о том, что до российских землепро- ходцев Сибирская земля посещалась какими-то другими путешественниками.

И этому есть некоторые свидетельства, т. к. все же несмотря на подобное всеобщее пре- небрежительное отношение к картам средневековья, отдельные элементы изображения Азиатской России все же подвергались довольно тщательному анализу. В частности, в поле зрения ученых попало изображение Анианского (Берингова) пролива на подобных картах. Так, в своих работах еще Л. С. Берг (2 и др.) неоднократно обращал внимание на наличие данного пролива на некоторых европейских географических картах середины ХVI в. Название пролива он связывал с названием южнокитайской провинции (Анин) и путешествием Марко Поло. При этом Берг совершенно спра- ведливо предполагал, что до русских там не появлялся ни один европеец, который мог бы правиль- но нанести пролив на географическую карту. По этой причине он считал случайным совпадением появление пролива на этих европейских картах. Напомним, что впервые на его берегах С. Дежнев появился в 1648 г., а В. Беринг – еще позже.

Уникально в этом отношении наличие на мировой карте Фра Мауро (1459 г.) знакомых нам сегодня очертаний Каспийского моря. Между тем, принято считать, что на европейские карты пра- вильное изображение моря попало только после работ отечественных геодезистов во времена Петра I, который и передал в Париж русскую карту Каспия. Для европейцев, пользовавшихся неверным изображением моря, взятым еще с карты, приписываемой обычно Птолемею, это было настоящим потрясением. Представляется вероятным, что Фра Мауро воспользовался для своей карты недошед- шим до нашего времени итальянским портоланом Каспия. О его наличии свидетельствуют и другие итальянские карты с правильным изображением Каспийского моря этого времени.

В географической литературе по освоению Арктики имеются также многочисленные ссылки на мнение российского дипломата Дм. Герасимова (ХVI в.), который проповедовал в Европе воз- можность достижения Китая Северным морским путем. Считается, что и его мнение могло оказать влияние на создание в Англии компании, которая в середине ХVI в. и открыла возможность дости- жения России морским путем вокруг севера Европы.

Некий торговец из Голландии Балак утверждал в 1581 г., что в устье Оби некогда приходили суда из Китая (3, с. 379). На карте же, составленной ранее Герберштейном, Обь вытекала из Китай- ского озера. Можно вспомнить, что и Колумб тоже хотел достигнуть Китая в западном направлении. И Северо-Западный проход англичанин Кабот искал тоже с целью достижения Китая.

Автор данной работы обратил внимание на странное совпадение времени распространения слухов Балаком и времени начала похода Ермака с целью завоевания Сибири (1581 или 1582 г.).

Представляется весьма знаменательным, что Строгановы предприняли этот поход в самое тяжелое для России время. Это были годы тяжкого поражения страны в ходе еще не законченной Ливонской войны. Что же заставило именитых купцов поторопиться с началом военной кампании на востоке? Совершенно очевидно, что без указа государева (явного или тайного) в такое время решиться на по- добные военные действия могли только самоубийцы. Ведь в случае неудачи Россию могла ожидать война на два фронта, восстания только что завоеванных татарских земель в тылу и т. п. (6). Представляется вероятным, что решиться на подобную демонстрацию царское правитель- ство заставили какие-то очень веские причины. Не исключено, что этой причиной могло стать же- лание некоторых европейских держав достичь китайской территории морским путем вокруг севера Европы и водным путем по сибирским рекам. Эти данные могли поступить в Россию через русских дипломатов в Европе или английских купцов, наладивших морскую торговлю с нашей державой. Царское правительство и позднее сделало все, чтобы не допустить плавания иностранцев вдоль сибирских берегов. В этом была одна из причин угасания некогда знаменитой сибирской Мангазеи.

Любопытно, что истоки Иртыша (притока Оби) в настоящее время находятся на территории современного Китая, и возможность путешествия туда из Европы означенным путем действитель- но имеется. Даже современные суда плавают по Иртышу достаточно далеко. Правда, в ХVI в. эта территория Китаю еще не принадлежала. Но уже Марко Поло посчитал ее частью Китая, т. к. здесь располагались земли Монгольского государства, захватившего в этот период и земли Чина (совре- менный Восточный и Южный Китай). По этой причине в Западной Европе и в ХVI в. могли считать земли современного Западного Китая принадлежащими китайскому императору. Так же могли счи- тать и в России, потому опасения царской администрации можно вполне понять и принять.

К счастью для нашего государства, поход Ермака высветил слабость власти сибирских ха- нов и принес совершенно неожиданные результаты для своего и нашего времени. Что же касается наличия сравнительно точных географических данных на европейских картах Сибири, то список таких карт можно существенно расширить и дополнить.

В 2002 г. на заседании Королевского географического общества с обширным докладом вы- ступил британский моряк Г. Мензис (4). Он не только обратил внимание присутствовавших на на- личие Берингова пролива на старых европейских картах, но и привлек дополнительное внимание к мировым картам начала ХVI в. немецкого картографа Мартина Вальдзеемюллера, на которых име- ется детальное изображение сибирских земель. Эти карты, без сомнения, являются подлинными. Британский моряк считал, что эти сведения проникли в Западную Европу от… китайских море- ходов, которые в первой четверти ХV в. совершили ряд морских походов по земному шару, что привело к открытию и нанесению на карты ими Америки, Австралии и Антарктиды. Этим объясня- ется наличие на некоторых «фальшивых» географических картах средних веков знаний, которые не должны были быть известны в средневековой Европе до окончания эпохи Великих географических открытий.

Британские ученые внимательно выслушали аргументы Мензиса и согласились с ними. В новой книге британского моряка (8) приведен уже внушительный список на трех страницах под- державших его специалистов (большей частью с периферии бывшей Британской империи). Мензис также считал возможным плавание одной из частей китайского флота вдоль сибирских и дальне- восточных берегов. В начале ХV в. заканчивалось глобальное потепление в Северном полушарии (так называемый климатический оптимум), и плавания парусных судов по всей Арктике были еще возможны в течение даже одной навигации.

Современный российский историк Игорь Можейко (более известный читающей публике под псевдонимом Кир Булычев) в своей одной из последних популярных книг «Тайны морей и островов» (5) также упомянул возможность достижения китайскими мореходами Руси по Г. Мензи- су. В устах историка, весьма придирчивого к сенсационным заявлениям дилетантов, это уже весьма напоминает фактическое признание вероятности данного события.

Таким образом, имеются довольно серьезные доводы в пользу полезности дополнительного изучения изображений Азиатской России на картах позднего средневековья. Весьма вероятно, что такое изучение может дать исторической и географической науке некоторые новые, весьма полезные географические и этнографические сведения об этих территориях. Это могло бы послужить и хоро- шей основой для неординарной кандидатской диссертации по истории или исторической географии.

Напрашивается также вывод, что отнесение к территории современной Сибири историка- ми ряда «сибирских» топонимов, встречающихся ранее ХV в., ошибочно. Покажем это на примере оз. Байкал. Хотя русские землепроходцы ознакомились с ним только в 1643 г., но имеется мнение, что оз. Байкал (в китайской передаче – Бэйхай, т. е. «северное море») было известно китайцам еще в эпоху хунну. Но уже то, что Байкал – пресное озеро, а не соленое ставит это под большое сомнение. Скорее всего, Байкал получил имя более раннего топонима. Мы полагаем, что первоначально «Бай- калом» могло называться крупное озеро в низовьях р. Эдзин-гол, которое в настоящее время из-за изменений климата распалось на несколько более мелких водоемов. Эта территория ближе к месту обитания хунну, которые были степняками, и рядом с горами Алтая (Монгольского и Гобийского), упоминаемых в эпосе наряду с Байкалом. 1. Багров Л. История русской картографии. М. : ЗАО «Центрполиграф», 2005. 524 с.
2. Берг Л. С. История русских географических открытий. М. : Изд-во АН СССР, 1962. 296 с.
3. История открытия и исследования Советской Азии. М. : Мысль, 1969. 536 с.
4. Мензис Г. 1421 – год, когда Китай открыл мир. М. : Эксмо, Яуза, 2006. 640 с.
5. Можейко И. В. Пираты, корсары, рейдеры. Тайны морей и островов. М. : АСТ, Астрель, 2011. 764 с.
6. Харитонов А. М. Неизвестная страница в истории дорусских географических исследований азиат- ской России и поход Ермака в Сибирь // Катанаевские чтения : материалы Седьмой Всероссийской научно-практи- ческой конференции. Омск : Издат. дом «Наука», 2009. С. 279–282.
7. Харитонов А. М. Проблема дорусских географических исследований в Азиатской России // Материалы XIII научного совещания географов Сибири и Дальнего Востока. Т. 1. Иркутск : Изд-во Ин-та географии им. В. Б. Сочавы СО РАН, 2007. С. 99–100.
8. Menzies G. 1434. The year a magnificent Chinese fleet sailed to Italy and ignited the Renaissance. London: HarperCollinsPublishers, 2008. 368 p.

Харитонов А. М. Об изображении территории современной азиатской России на европейских картах позднего средневековья // "Всеобщее богатство человеческих познаний" : материалы XXX Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2013. - С. 285-287.