Служащие Камчатской областной конторы Госбанка СССР в 30-х - начале 40-х гг. XX в.

А. В. Ляшук

Главное управление Центрального банка Российской Федерации по Камчатской области в последнее время активно проводит работу по исследованию истории формирования банковской системы на Камчатке. В 2000 г. коллективом сотрудников банка на основе архивных материалов ГАКО и архива ГУ ЦБ РФ по Камчатской области была подготовлена книга "История и тенденции развития банковской системы Камчатской области". В 2007 г. будет создан музей Главного управления Центрального банка РФ по Камчатской области.

В процессе работы по отбору материалов для создания музейной экспозиции в ведомственном архиве ГУ ЦБ РФ по Камчатской области были выявлены интересные документы, освещающие различные стороны деятельности Государственного банка СССР на Камчатке в 30-80 гг. XX в. Прежде всего, это "Приказы по личному составу по Камчатской областной конторе Госбанка СССР", а также документы отделений конторы в районах области. В данной статье затронут вопрос условий жизни и труда служащих Камчатской областной конторы Госбанка СССР в 30-х - начале 40-х гг. XX в. Используемые документы приведены с сохранением орфографии и пунктуации оригинала.

Камчатская областная контора Госбанка СССР, созданная в 1932 г., сыграла значительную роль в становлении экономики Камчатской области в 30-е гг. XX в., обеспечив решение важнейших задач по кредитованию, кассовому и расчетному обслуживанию предприятий и учреждений города и области, контролю над денежным обращением (1, с. 32). Одним из сложных вопросов, с которым столкнулось руководство Камчатской областной конторы в период становления банковской системы на Камчатке, был вопрос обеспеченности кадрами. Нанять необходимое количество грамотных специалистов на Камчатке не представлялось возможным.

Сотрудников для Камчатской областной конторы (экономистов, бухгалтеров, счетоводов и т. д.) нанимала по договору Дальневосточная краевая контора Госбанка СССР во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске и других городах, компенсируя работнику и членам его семьи расходы по переезду к новому месту работы и выплачивая суточные. Работник, со своей стороны, обязывался отработать определенное количество лет на Камчатке.

Решить кадровые проблемы Камчатская областная контора пыталась и своими силами, организуя специальные курсы банковского ученичества. Преподавателями на такие курсы назначались опытные сотрудники Госбанка.

Желающие работать в банковской системе зачислялись на должность ученика с установленным вознаграждением в 100-120 рублей в месяц (для сравнения заработная плата уборщицы составляла 175 рублей в месяц), успешно прошедшие обучение начинали свою карьеру с небольших должностей.

Однако скромный размер вознаграждения не всем позволял выдержать срок ученичества до конца, так в 1932 г. "ученик бухгалтерии т. Ушаков В. В. уволен со службы по собственному желанию ввиду того, что получаемый им оклад содержания не дает возможности существовать" (2, л. 79).

В 1938 г. приказом управляющего Глухова "в целях выращивания кадров из местного населения" при Камчатской областной конторе была открыта школа банковского ученичества, заведующим которой был назначен старший кредитный инспектор конторы (3, л. 96).

Руководство Камчатской областной конторы Госбанка серьезно подходило к вопросу повышения квалификации своих сотрудников. В областной конторе регулярно организовывались курсы технического минимума. Занятия проводились по вечерам, в нерабочее время, их посещение было обязательным и тщательно фиксировалось.

Например, в 1940 г. занятия для сотрудников кредитной группы проводились с ноября 1940 по март 1941 г., раз в неделю, в нерабочее время (с 20.00 до 21.45). План занятий включал в себя: анализ отчета промпредприятий, кредитование текущего товарооборота, кредитование совхозов НКСХ, финансирование МТС, контроль фондов заработной платы и т. д. (4, л. 61 об., 62)

Повышение квалификации сотрудников отделений Камчатской областной конторы Госбанка, расположенных в районах области, в силу сложности транспортного сообщения было затруднено. В 1933 г. Дальневосточная краевая контора Госбанка разослала циркуляр: "С получением настоящего письма предлагаем немедленно представить сведения по заочному обучению работников Вашей Конторы (отделения)…" (5, л. 239). Ответ управляющего Усть-Камчатским отделением гласил: "На в/письмо от 31-го мая 1933 г. сообщаем, что в нашем отделении нет сотрудников занимающихся заочным образованием и быть не может в силу оторванности нас от материка. Морское пароходное сообщение в году бывает три четыре парохода, а зимой собачья связь с Петропавловском очень не регулярная" (5, л. 240).

Большинство сотрудников областной конторы в 30-е гг. не имели специального финансово-экономического образования. Характерный пример - трудовая биография управляющего Усть-Камчатским отделением Артемия Васильевича Мартынова. А. В. Мартынов родился в 1903 г., происходил из среды рабочих, образование имел низшее: 3 класса Высшего начального училища, которое не окончил. "Рабочий стаж включал:

1922 год - чернорабочий;

1922-1923 гг. - батрак;

1923-1924 гг. - грузчик;

1924-1926 гг. - стирщик-письмокат;

1926-1927 гг. - Хабаровск, 2-й ревполк, красноармеец;

1927-1929 гг. - 52 ОСПО ОГПУ командир отделения (именно в 1926-1929 гг. Мартынов начал образование в Высшем начальном училище);

1929 - Александровск на Сахалине, Госбанк, инспектор фондового отдела;

1930-1931 гг. - Оха на Сахалине, управляющий;

1931-1932 гг. - Усть-Камчатск н/Камчатке, Госбанк, управляющий" (6, л. 57-58).

Отсутствие необходимого образования компенсировалось приобретенным опытом и чувством ответственности за свою работу. Так, А. В. Мартынов, совместно с главным бухгалтером отделения был вынужден помимо своих обязанностей вести также кассовое планирование и всю кредитно-плановую работу, так как экономиста-плановика в Усть-Камчатском отделении не было (6, л. 63).

Кадровая проблема осложнялась тем, что материальное вознаграждение сотрудников Госбанка было достаточно скромным, даже несмотря на то, что в этот период начинает формироваться система льгот для работников Крайнего Севера. Стремясь привлечь специалистов в бурно развивающиеся регионы, советское правительство ввело в действие с 1 января 1932 г. "Положение о льготах для лиц, работающих на Крайнем Севере РСФСР". Согласно "Положению…" работникам Крайнего Севера выплачивалась 10-процентная надбавка к основному окладу за каждый год работы (но не более 100 % в совокупности) (6, л. 177).

В 1933 г. управляющий Усть-Камчатским отделением обратился к Усть-Камчатской районной сберегательной кассе с просьбой сообщить существующие оклады заработной платы данного учреждения, сведения были необходимы для "постановки вопроса перед Областной конторой Госбанка и Краевой конторой о подтягивании наших работников по зарплате к работникам одинаковых категорий районных организаций" (5, л. 118).

Реальностью была также задержка заработной платы банковским сотрудникам. Отправляя в Областную контору исполнительную смету Административно-Управленческих расходов за III квартал 1933 г., управляющий Усть-Камчатским отделением указывал, что из-за отсутствия ассигнований управляющему и главному бухгалтеру не выплачивается заработная плата, сотрудникам не выплачиваются процентные надбавки за выслугу лет в условиях Крайнего Севера. "Наряду с имеющейся задолжностью по заработной плате на I/X мы сейчас находимся в положении, что с октября месяца прекращаем выплату заработной платы всему личному составу, что не только ведет к нежелательным последствиям по отношению к администрации за задержку зарплаты, но создает текучесть аппарата, которому мы не можем предоставить все льготы предусмотренные законами о работниках Крайнего Севера за отсутствием средств" (5, л. 198).

В 1928/1929-1935 гг. в стране существовала карточная система распределения предметов потребления. Сотрудники предприятий и учреждений Камчатской области так же, как и служащие по всей стране, получали продовольствие по карточкам. В архиве ГУ ЦБ РФ по Камчатской области сохранились справки, выданные работникам Камчатской областной конторы Госбанка СССР: "Дана настоящая тов. Соколову Василию Николаевичу в том, что он состоит на службе в качестве Главного бухгалтера н/отделения с окладом 500 рублей. Справка дана на предмет предъявления в Сельпо для получения продовольственной карточки" (6, л. 185).

Единые для всей страны принципы и нормы снабжения населения продовольствием были утверждены в 1931 г. Было составлено 4 списка городов, привилегированными были особый и первый список - в них вошли ведущие индустриальные центры СССР, их нормы снабжения были выше, а ассортимент товаров лучше (7, с. 208).

Порядок снабжения сотрудников Госбанка был утвержден к 1933 г.: "Правление Госбанка Всем Наркомснабам Союзных и Автономных республик и Крайоблснабам Копия краевым и областным конторам Госбанка… приравнять с I-го октября с/г работников Государственного Банка следующих категорий - Главных Бухгалтеров и их заместителей, Старших Бухгалтеров, директоров и их заместителей, консультантов-инспекторов, плановиков-экономистов и их заместителей и кассиров - по снабжению к инженерно-техническим работникам, снабжаемым согласно постановления СТО от 28/5-31 г. в г. Москва, Ленинград, Баку и Кронштадт по нормам особого списка первой категории, а членов их семейств по второй категории того же списка в городах: Харьков, Иваново-Вознесенск, Нижний Новгород, Свердловск, Сталинград…" (5, л. 172).

Несмотря на то, что служащие постоянно должны были подтверждать факт работы в том или ином учреждении, предоставляя соответствующие справки, обойтись без нарушений не удавалось. В 1932 г. руководство Райинтегралсоюзкооперации отправило всем организациям Усть-Камчатского района письмо: "В практике снабжения населения Интегральной кооперации наблюдаются случаи когда тот или иной потребитель, относящийся по снабжению к I группе или 2-й группе, через некоторое время с работы уходит остается без работы, а карточкой снабжения пользуется по прежнему I или 2-й категории, например, в январе месяце служил относился по службе к I категории и получал продовольствие по I-й категории, в апреле уволился карточку не сдал и за май, июнь, являясь без работы все время получает продовольствие по I категории. В изжитии этого явления просим все организации при увольнении рабочих и служащих отбирать у них продовольственные карточки и препровождать интегралу. Этим самым мы сможем своевременно изменить норму тому или иному лицу" (6, л. 92).

В условиях товарного дефицита в 1932 г. в связи с XV годовщиной Октябрьской революции большинство сотрудников Камчатской областной конторы были премированы не денежной премией, а потребительскими товарами. Заведующий операционным отделом П. В. Маслеников - 1 парой ботинок и 3 метрами сатина; старший кассир И. К. Лопато - грамотой и отрезом на костюм; бухгалтер В. А. Не-дорубова - дамским пальто и 25 метрами фланели; машинистка Н. А. Табашникова - 22 метрами сатина (2, л. 103).

Карточная система снабжения населения в СССР была отменена в течение 1935 г. В связи с отменой хлебных карточек Камчатская областная контора Госбанка в феврале 1935 г. провела надбавку к заработной плате сотрудников из расчета 3 % в месяц, ученикам 70 % от надбавки взрослого (8, л. 421). В мае 1935 г. "хлебная надбавка" была установлена окончательно. "Согласно постановления СНК СССР от 9 марта с/г… Камчатская область отнесена ценами хлебопродукты третьему поясу, в связи с чем хлебная надбавка подлежит выплате в размерах:

рабочим и приравненым по особому списку в сумме 21 (рубль. - А. Л.)

прочие 16

рабочим и приравненым по I списку 14.70" (8, л. 45).

В середине 30-х гг. Камчатская областная контора имела три небольших дома, в которых жили семьи сотрудников Госбанка. Приезжающих в командировки или едущих в отпуск сотрудников отделений приходилось подселять в комнаты к городским служащим Госбанка - гостиниц в Петропавловске не было (1).

Проблема поддержания ведомственных домов и территории вокруг них в надлежащем порядке, которую областная контора возлагала на "коллектив жильцов", стояла порой весьма остро. Проверка состояния жилого фонда конторы в Петропавловске, проведенная весной 1938 г., выявила много-численные нарушения, более того, в домах подчас проживали люди, никакого отношения к Госбанку не имеющие. После проведенной проверки управляющий областной конторой Госбанка принял решительные меры по упорядочению состояния жилого фонда: заведующий хозяйственной частью областной конторы Кузьменко по совместительству был назначен комендантом всех жилых домов конторы. "Вменяю в обязанность Кузьменко привести в полный порядок все дома, вести повседневное наблюдение за содержанием последних, назначить в каждом доме ответственных лиц из числа жильцов, оборудовать противопожарным инвентарем, очистить около домов все нечистоты, ввести ордерную систему вселения в квартиры, ответственность за состояние жилого фонда возлагаю персонально на коменданта" (3, л. 59 об.). В качестве вознаграждения за подобные обязанности Кузьменко был увеличен оклад на 15 % (там же).

Летом 1940 г. "для поддержания порядка общежития и чистоты жилищных квартир-дворов" были назначены ответственные лица - домкомы:

"1. По улице Партизанской № 26 товарищ Мазур Г. А.

2. по улице Партизанской 26а т. Хуторной Н. И.

3. по Ленинской улице № 98 т. Гусев А. П.

4. по улице Партизанской № 5 т. Баскакова Н. В.

5. по Набережной № 42 т. Брагин Н. П. и т. Безденежных" (4, л. 40).

Однако, с подобной нагрузкой согласны были не все, Мазур (директор кредитно-планового отдела) посчитал подобный приказ "неправильным" и от обязанностей домкома отказался (4, л. 40).

Необходимо отметить, что "человеческий фактор" в деятельности Камчатской областной конторы давал о себе знать постоянно. Руководство областной конторы годами без особого успеха боролось за поддержание трудовой дисциплины. Из приказа по личному составу Камчатской областной конторы Госбанка СССР от 1 июня 1932 г.: "За последнее время участились случаи несвоевременного прихода сотрудников на работу, в связи с чем происходит ожидание клиентов, а также и уход сотрудников с работы раньше срока…" (2, л. 90). Приказ от 14 декабря 1933 г.: "Ставится на вид за опоздание на службу следующим сотрудникам…" (3, л. 22). Приказ от 15 декабря 1934 г.: "В последнее время наблюдается заметное падение труддисциплины как то: 1) опаздывание прихода сотрудников на службу после установленного срока 2) сотрудники занимаются во время рабочего дня посторонними разговорами 3) звонками по частным делам по телефону 4) пререканиями между собой и клиентурой и тому подобное…" (3, л. 39 об.).

Для "изжития столь ненормального явления" руководство пыталось ввести строгий порядок: начало рабочего дня, перерыв на обед, окончание перерыва и рабочего дня в конторе производилось по сигналу электрического звонка; секретарю вменялось в обязанность вести учет опаздывающих сотрудников с указанием времени опоздания каждого и каждый день докладывать управляющему, кроме того, производились удержания из заработной платы (3, л. 39 об). Однако даже подобные меры не имели должного эффекта, и в последующие годы приказы о мерах борьбы с нарушениями трудовой дисциплины появлялись с завидной регулярностью.

Но и приказов о поощрении служащих Камчатской областной конторы Госбанка за добросовестную работу в материалах архивов также встречается немало. Вынести благодарность и поощрить денежной премией своих работников руководству областной конторы действительно было за что. Сотрудники конторы выполняли работу на высоком уровне и в срок даже несмотря на неполную укомплектованность отделов. Они не только привлекались к вечерним работам в конторе, но также и для выполнения различных общественных работ к их непосредственным обязанностям отношения не имеющих. Так, в 1931 г. старший счетовод фондового отдела Гмыхалов был отправлен на лесозаготовки "для проведения ударной работы по ликвидации дровяного кризиса в городе" (2, л. 29). Вся текущая работа товарища Гмыхалова легла на плечи его коллег. В практике областной конторы встречались случаи отправки городских служащих в отделения в районах области, так как работа не должна была прекращаться несмотря ни на какие ситуации.

(Когда весной 1938 г. все сотрудники Ключевского отделения были арестованы органами НКВД, их заменили служащие городского сектора областной конторы Госбанка) (3, л. 55 об.).

Условия, в которых работали сотрудники областной конторы, назвать комфортными было сложно. До начала 40-х гг. Камчатская областная контора Госбанка СССР собственного здания в Петропавловске не имела, а арендовала три комнаты у областного финансового отдела. На этой площади размещались все сотрудники конторы, а также велась работа с клиентами. Служащим отделений конторы в районах области приходилось подчас работать в более тяжелых условиях. Большинство отделений располагались в помещениях клиентов конторы, иногда представлявших собой обычные жилые бараки (1, с. 33, 35).

Строительство здания Камчатской областной конторы Госбанка СССР по улице Ленинской было начато в 1937 г., а долгожданное новоселье состоялось осенью 1941 г. (1, с. 40, 41).

  1. История и тенденции развития банковской системы Камчатской области. Петропавловск-Камчатский : Камчатский печатный двор, 2000. 102 с.
  2. Архив ГУ ЦБ РФ по Камчатской области. Ф. 279. Оп. 2. Д. 1. Л. 79.
  3. Там же. Д. 3. Л. 96.
  4. Там же. Д. 12. Л. 61 об., 62.
  5. Там же. Ф. 28. 1933 год. Л. 239.
  6. Там же. 1931-1932 годы. Л. 57-58.
  7. Осокина Е. А. Цена "большого скачка". Кризисы снабжения и потребления в годы первых пятиле- ток // Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал : в 2 т. М. : Российский государственный гуманитарный университет, 1997. 510 с. Т. 1.
  8. Архив ГУ ЦБ РФ по Камчатской области. Ф. 279. Оп. 2. Д. 2. Л. 42.

Ляшук А. В. Служащие Камчатской областной конторы Госбанка СССР в 30-х - начале 40-х гг. XX в. // "Камчатка разными народами обитаема.": Материалы ХХIV Крашенинник. чтений: / Упр. Культуры Администрации Камч. обл., Камч. обл. науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский: Камч. обл. науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова, 2007. - С. 123 - 127.