Исчезнувшие поселения Центральной Камчатки (селение Толбачик)

А. А. Горбач

Археологическими исследованиями, проведенными на территории Камчатки (Дитмар К., Йохельсон В. И., Диков Р. Р., Малюкович В. Н., Рубан В. И., Пономаренко А. К., Пташинский А. В. и др.), установлено более 700 древнеительменских городищ и стоянок. Значительная часть археологических памятников располагается в бассейне р. Камчатки. Там же находится Ушковская многослойная стоянка, датируемая в 14 тыс. ± 250 лет.

Большинству древнеительменских поселений Центральной Камчатки характерно расположение вблизи устьев рек и на их притоках. Это определялось необходимостью заготовки больших запасов рыбы и плаванием к местам охотничьего промысла на батах, длинных узких лодках из цельного ствола тополя, долбленных теслом или вытесанных топором. Баты были основным средством передвижения камчадалов по внутренним водоемам до середины 50-х гг. прошлого столетия. Управлялись шестом и веслом-лопаткой. Заселение рек осуществлялось по родовой принадлежности. Данный принцип сохранялся вплоть до прихода на полуостров русских землепроходцев в середине ХVII в. С. П. Крашенинников пишет: «Всякий острожек ту реку, при которой живет, почитает за владение своего рода, и с той реки на другую никогда не переселяется. Есть ли по какой-нибудь причине одна или несколько семей пожелают жить особливыми юртами, то делают оные выше или ниже острожка по той же реке или по посторонней, которая течет в реку их. Чего ради думать можно, что на всякой реке живут сродники, которые происходят от одного прародителя». Именно этим и объясняется многочисленность групповых стоянок и городищ каменного века в районах: оз. Ажабачье, р. Радуга, Малые и Большие Щеки, р. Николка, р. Щапина.

На отдельных городищах видимая планиграфия отмечает присутствие фортификационных сооружений в виде земляных рвов и насыпей. Как обязательный элемент острова – наличие глубоких ям для содержания аманатов, т. е. плененных заложников. Все это подтверждает существующие военные конфликты и междоусобицы среди ительменов задолго до их покорения русскими. В крашенинниковском «Описании Земли Камчатки» (1755 г.) называются действующие острожки Кунупочичь, Шепен, Кырген, Машура, Тулуань Мильковский район; Шантальский, Хапичинской, Пеучев, Шечкин, Каменной, Ключевской, Каначев, Итателев, Коанным, Тенивин, Килуша, Колюж, Накшин, Талачев (Усть-Камчатский район), сохранившие свои названия через столетия.

Население Центральной Камчатки было достаточно многолюдным. А продолжительность жизни, по сведениям Г. В. Стеллера, – довольно высокой, поскольку камчадалы (ительмены) не употребляли сахар, соль, пряности за их отсутствием. Не знали также алкоголь и табак. С точки зрения современной медицины это тот самый перечень условий счастливого долголетия. Обширнейшая территория, сезонно богатая рыбой, зверем, дичью и дикоросами, гарантировала благополучную жизнь аборигенам. Однако болезни и эпидемии не обходили стороной их жилища. Чума, оспа, чахотка уносили тысячи жизней. Зараженные поселения, как правило, предавались огню. С. П. Крашенинников пишет: «В 33 верстах выше сей реки есть знатное урочище называемое Горелой острог, потому что там бывало прежде сего многолюдное Камчатское население, которое еще до покорения Камчатки сожжено Камчадалами по причине случившаго мору».

С началом русского освоения Камчатки ительмены стали централизованно селиться по берегам наиболее крупных рек. Это было то самое «сближение», при котором бесправные коренные жители Севера оказались под «высокой государевой рукой», к тому же обложенные ясаком и повинностями. На месте некоторых старинных камчадальских (ительменских) острожков возникли населенные пункты с организацией в них впоследствии артелей, товариществ и колхозов. Сегодня только в Мильковском районе к числу исчезнувших в ХХ в. населенных пунктов относятся: селения Толбачик, Макарка; села: база – (Береговое), Средне-Камчатск; поселки – Щапино, Старое Лазо, а также малоизвестные лесоучастки поселения – Линейный, Шестой, Пятнадцатый, Урцы…; и селения староверов – Калиновка, Рябиково. Первой в описании представлено сел. Толбачик.

В любом поколении
В каждом селении
Живет своя гордость людская.
Явью рожденная, непреклоненная,
В народные сказки врастая.
Георгий Поротов

Селение Толбачик

Камчадальское (ительменское) название – Тулуачь. Расположено оно на левом берегу одноименной реки в среднем течении. Это один из старейших населенных пунктов полуострова, упоминаемый еще С. П. Крашенинниковым. Он сообщает: «От колю реки в верстах 18 следует немалая речка Толбачик, а по Камчатски Тулуачь, которая течет в Камчатку с правой стороны. При сей реке в немалом от устья расстоянии есть огнедышащая гора и Камчатский острожек одного с ней имени».

По переписным книгам середины ХVIII в. острожек Тулуачь относился к ведомству Верхнее – Камчатского острога. Ясашных людей было 12 человек. Из них лисичников – 9, собольников – 3. Тойон Толбачика – Канач Кукин (Крашенинников, 1755).

Река Толбачик, имея правый и левый истоки на водоразделах рр. Горно – Тополовой (Хапица), Левая Щапина и Андриановка, впадает в р. Камчатку в 45 км ниже бывшего населенного пункта. Выбор места для постоянного проживания людей довольно интересный. Это почти единственный сухой участок, с перелесками белой березы и осины в окружении болот Великой тундры. Правобережье р. Толбачик, вплоть до урочища Кекуры, также занято мокрыми тундрами. К востоку и юго-востоку от деревни начинаются лиственные леса, переходящие в горно-таежные массивы аянской ели Асхачного и Никольского хребтов.

Основными занятиями камчадалов (ительменов) были охотничий промысел и рыболовство. Изобилие диких животных, водоплавающих и боровой дичи, лосося позволяли достойно решать вопрос пропитания. Заготовка рыбы осуществлялась с середины июня по октябрь месяц. В большом количестве припасали на зиму юколу и кислицу. Последняя предназначалась для нартовых ездовых собак, число которых многократно превышало жителей Толбачика. В период рунного хода рыбы русло реки перегораживали ивовым частокольем (решетками) с оставлением узких проемов, куда ставили ловушки – морды. Общее название сооружения – запор. Постановка запора объединяла всех жителей селения. Это был коллективный труд, требующий «инженерных» знаний, опыта и природной смекалки. Примечательно, что жители Толбачика, видя ежегодное подступание реки к домам с размывом берега, в 1927–1928 гг. прокопали вручную отводной канал и направили воды в обход селения. Отшнурованная протока стала озером – старицей, которую впоследствии облюбовали караси, заплывшие из р. Камчатки.

Карл Дитмар, посетивший Толбачик в августе 1852 г., пишет: «Деревня имеет опрятный вид и содержится в большом порядке. 6 жилых домов, а также жители производят впечатление чистоты». Также он о насильственном переселении сюда людей с р. Морошечной с целью содержания здесь промежуточной дорожной станции зимнего нартового сообщения между Щапинским и Ключевским поселениями. Совершенно очевидно, что в какой-то период времени селение Толбачик было полностью обезлюденным, иначе чем объяснить перевод сюда новых жителей – камчадалов с Западной Камчатки. Также Карл Дитмар сообщает факт удачного сельскохозяйственного опыта камчадалов. К. Дитмар в совместной поездке с губернатором Камчатки В. С. Завойко (январь 1852 г.) упоминает о хороших урожаях ячменя и картофеля в сел. Толбачик. Из 90 пудов посаженного картофеля уродилось 900 пудов.

По рассказам старожилов Мильковского района, в Толбачике были пушная фактория и магазин американских торговцев – Клупана, Толмана. Вероятно, это было во второй половине ХIХ в. (1860–1900 гг.), т. е. в периоде, не попавшем в летопись исследований этой территории из-за отсутствия таковых.

В июле 1908 г. Толбачик посетил В. Л. Комаров – начальник Ботанического отряда и руководитель самой экспедиции Императорского Русского географического общества, более известной как экспедиция Рябушинского. Цель В. Л. Комарова – приглашение проводником до оз. Кроноцкого – камчадала И. В. Мятёвского. Однако обиженные П. Ю. Шмидтом толбачинцы, несмотря на хорошие условия по оплате, отказались сопровождать экспедицию. В своей книге Комаров пишет: «...мы же через 57 лет застали 10 домов и 71 душу населения совершенно обрусевшего и очень предприимчивого, известного своей смелостью на промысле (ходят один на один на медведя и пр. У них 20 лошадей и 40 голов рогатого скота. Между прочим, одна из наиболее выдающихся семей Толбачика, Ипполита Бушуева, принадлежит пришельцу из России, наглядно иллюстрируя пользу частичного приселения)» (4, с. 241).

В 1914 г. через сел. Толбачик, практически вдоль вековой тропы, корейцами и немецким специалистом была проложена линия телеграфной связи, соединившая Петропавловск с Козыревском. Остатки прогресса тех времен сегодня представлены в виде упавших опорных столбов с фарфоровыми изоляторами, увитыми кусками поржавевшей проволоки.

В Толбачике издавна существовала часовня во имя Покрова Пресвятой Богородицы. Впечатляли размеры бревенчатого (тес) сооружения и его величие на фоне скромных камчадальских построек. До конца 20-х гг. службу вел Николай Степанович Каргопольцев – потомок русских землепроходцев. После создания в селении колхоза в 1931 г. богослужения прекратились, а сам священнослужитель стал работать бухгалтером. Нужно сказать, что сами толбачинские камчадалы не слишком опечалились отсутствию религиозных обрядов, и в новую жизнь при Советской власти вошли с радостью. Со временем здание часовни ветшало и рушилось. Куда подевались иконы и утварь – не известно. Только один малый колокол с полуистертой надписью «отлито в Верхне-Камчатском остроге в 176…г.» был доставлен в пос. Лазо. Он долгое время висел на столбе у клуба, возвещая о начале рабочего дня или пожарной тревоги.

В 1930-х гг. в Толбачике, который территориально входил в Усть-Камчатский район, функционировал пионерский лагерь. Надо полагать, это был первый камчатский «Артек». Руководил лагерем будущий крупный партийный работник – Кочубей (из воспоминаний И. В. Черных, 2010 г.).

Колхоз просуществовал недолго, до начала Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Населенный пункт был ликвидирован с переводом его жителей в ближние села: Средне-Камчатск, Базу и Макарку. Наиболее примечательные, добротно рубленные дома из Толбачика были перевезены по зимнику в пос. Лазо. В них разместились столовая, школа и почта. Эти постройки из лиственницы были в какой-то мере памятниками Северного деревянного зодчества. Ажурные наличники окон были совсем неожиданны в этом далеком уголке СССР. На благодатных пастбищах, в окрестностях бывшего селения, до конца 1950-х гг. Лазовский леспромхоз выпасал большой табун лошадей. Отработав срок на трелевке леса, они набирались здесь сил. Каждый месяц лошадей меняли, и надо было видеть, как разномастная орда, с топотом и ржанием, вздымая тучи пыли, проносилась по единственной в то время улице поселка лесозаготовителей. И те легенды о диких лошадях в районах Щапино, Калиновки, Козыревска не лишены реальности.

В заброшенном Толбачике осталось всего два дома. В одном останавливались работники Линейно-технического участка из Лазо, а в другом, после создания Толбачинского водопоста (1948 г.), круглогодично жил наблюдатель гидрометеорологической службы (в народе их называли «водомутами». – А. Г.), подчиненной Средне-Камчатской ГМС. Из наиболее видных «водомутов» следует назвать камчадала Красноярова и его подругу Хмару. На Толбачинском водопосту они проработали более десяти лет. Сам Краснояров охотился на пушных зверей, сдавая шкурки в госпромхоз. Также он добывал медведей и оленей. Хмара была образованной дамой, прибывшей на Камчатку в хрущевские времена. Она вела системные наблюдения за уровнем воды в р. Толбачик. Ежесуточно меняла ленты гидросамописца «Валдай» и один раз в месяц (в паводок – дважды) с помощью полуавтоматической установки ГР-70 определяла расход воды. Осенью Краснояровы приезжали в ближние села, где Хмара профессионально кастрировала кабанчиков и бычков. Она же продавала сухие семена тмина, заготовленные на бывших выгонах Толбачинского поселения. Цена за один граненый стакан (0,2 л) составляла 3 руб. Навсегда водопост чета Краснояровых с многочисленными детьми покинули осенью 1967 г. и в дальнейшем проживали в сел. Макарка.

Интересно, что в окрестностях бывшего сел. Толбачик был найден самый настоящий клад. Возвращаясь с охоты, Прокопий Жук обратил внимание на дупло в старом дереве, где и обнаружил запрятанный кем-то мешок с бумажными ассигнациями царского времени и ровно 100 серебряных монет достоинством 50 копеек с изображением императора Николая II (1897 г.).

Бумажные деньги охотник раздал знакомым и друзьям, а монеты пустил в дело, изготавливая из них контакты катушек зажигания для магнето лодочных моторов «Стационар». Также мастер в графитовом тигле выплавлял алюминий из старых битых поршней и делал отливки гребных винтов к тем самым моторам.

В середине 70-х гг. прошлого столетия в районе бывшего селения проводился эксперимент по дикому содержанию якутских лошадей в камчатских условиях на подножном корме. Научную, по сути, работу почему-то доверили молодому Лазовскому совхозу, набиравшему высокие темпы по объемам растениеводства и животноводства. Несмотря на дополнительное подкармливание «якуток» сеном и комбикормом в табуне начались болезни и падеж. Не был изучен фактор загрязнения дикоросов пеплами Толбачинского извержения 1975–1976 гг. и попадания вулканической пыли (микрочастиц базальта) в организм животных. При отсутствии постоянного ветеринарного контроля и методического руководства со стороны «организаторов» эксперимент был провален. Оставшихся в живых более десятка лошадей передали Анавгайскому отделению Быстринского совхоза.

Примечателен флористический состав суходольного луга в центре бывшего населенного пункта. Несмотря на длительную хозяйственную деятельность человека (сенокошение, пастьба скота, огородничество) луговой покров имеет хорошее развитие при большом разнообразии травянистых растений. Исключением является восточная окраина площади с бедными песчаными почвами, где наблюдаются выбитые участки с типичным пастбищным травостоем. Из растений, явно привнесенных на Толбачик, следует назвать уже упомянутый ранее тмин обыкновенный.

Сегодня на месте старинного селения только равнинное поле, окруженное белоберезником и осинником. Совсем рядом по-прежнему бежит река, а вдали, окутанный облаками, высится вулкан Толбачинская Сопка. Здесь уже давным-давно не слышно голосов стариков-камчадалов, обрусевшие потомки которых живут в городах, в незнании удивительной истории своих предков.

Толбачинские топонимы

Асхачный хребет – залесенный лиственницей курильской, аянской елью, березой Эрмана среднегорный массив на водоразделе рр. Толбачик – Левая Щапина. Охотничьи угодья толбачинских камчадалов. Происхождение топонима неизвестно.

Великая тундра – обширная территория левобережья р. Толбачик, занятая болотами, торфяниками и островными перелесками. Название дано топографами.

Аковская тундра (с ительменского Аков-брат) – западная окраина Великой тундры.

Кинцекла (Кунчокла) – камчадальское название разрушенного влк Николка, где традиционно охотились толбачинские камчадалы. Происхождение топонима не установлено.

Тулуачь – древнеительменское одноименное название населения, реки, вулкана.

Династии камчадалов – жителей селения Толбачик: Бушуевы, Пермяковы, Садовниковы, Мятёвские, Ерофеевы, Каргопольцевы, Краснояровы, Бобряковы, Слободчиковы, Чуркины, Кочергины, Ившины, Еланцевы…

1. Белашов А. И. Очерк истории Петропавловской и Камчатской епархии : в 3-х кн. Кн. 2. Петропавловск-Камчатский : Камчатпресс, 2006. 309 с.
2. Борисов В. Деревянные церкви полуострова // Нов. камч. правда. 1999. № 26. 15 июля.
3. Дитмар К. Поездки и пребывание в Камчатке в 1851–1855 гг. Петропавловск-Камчатский : Новая книга, 2009. 568 с.
4. Комаров В. Л. Путешествие по Камчатке в 1908–1909 гг. Петропавловск-Камчатский : Новая книга, 2008. 427 с.
5. Крашенинников С. П. Описание Земли Камчатки : в 2-х т. СПб. : Наука ; Петропавловск-Камчатский : Камшат, 1994.
6. Климатологический справочник СССР. Вып. 27 по Камчатской области. Петропавловск-Камчатский, 1966.
7. Поротов Г. Г. Сочинения : в 2-х т. Т. I. Петропавловск-Камчатский : Новая книга, 2003. 635 с.

Горбач А. А. Исчезнувшие поселения Центральной Камчатки (селение Толбачик) // «На перекрестке континентов» : материалы XXXI Крашенник. чтений / М-во культуры Камч. края, Камч. краевая науч. б-ка им. С. П. Крашенинникова. - Петропавловск-Камчатский, 2014. - С. 101-105.